- Это не точка, друг.
Я очень сильно хотела домой, поэтому, когда мы нашей большой компанией стояли у входа в клуб в ожидании нашего такси, издергалась.
- Полин, поехали со мной? – предложил мужчина. – Шеф до ВРЗ, там покажу куда.
- Нет, - твердо ответила. – У тебя все будет отлично, поверь, но без меня.
****
Дома девчонки подтрунивали. Им было весело, а мне нет.
- Да расслабься ты! – успокаивала Лерка.
- Все пучком! – подбадривала Наташа.
- Ты ничего плохого не сделала, - подхватила Юлька. – Ну, потанцевала, выпила, посмотрела стриптиз. Целовалась, хотя это и поцелуем назвать нельзя. Тебя целовали, а ты никак не реагировала. Все хорошо. Отпусти. Жизнь продолжается…
И она продолжалась всю оставшуюся сессию, до последних выходных в этом городе. Для себя совершенно точно решила, что изменить не выйдет и эта идея в плоскости мысли ничем не закончится. Это противно, если без чувств. Это вообще противно, но отдыхать с девчонками, ходить в кино, посещать кафешки, шалить и фотографироваться это круто.
Фотографироваться… Например, наша недавняя постановочная съемка в стиле Б.О.М.Ж. Это было круто. Час подготовки, прежде чем вынести пакет мусора на свалку, а самое важное именно в таком прикидоне дождаться Лерку, что уехала на вокзал встречать сумку с деревни. Собрать и надеть на себя все старье, вышедшее из моды и потрепанное, сделать грим, благо, что опыт был, да и нас этому учили, так что практика лишняя не помешает и «вуа-ля, мы готовы!». Две «красотки» с синяками под глазами, один пакет мусора, рекламки, газетки из почтового ящика, один фотограф, один якобы отсутствующий зуб. С задорным смехом процесс фотосъемки, остроумные комментарии, одно случайное фото с прохожими, компанией молодых ребят, которым было очень любопытно узнать: «куда делся зуб?» и одна очень ворчливая женщина, соседка этажом выше.
Лерку не встретили…..
Получили нагоняй….
И с горя решили сразу же переодеться, как только ноги ступили на порог квартиры.
В этот же вечер Юлина знакомая из меда позвала нас в гости. Пришли, а там другие гости, два парня: будущий хирург и гинеколог. Одним словом, врачи. И шаурма, что мы заказали, в рот не полезла, а этим двум запугавшим было пофиг, ели и рассказывали о всевозможных случаях отравления шавермой.
Домой возвращались часика через три. Пешком, благо было идти не долго. А когда наступило утро, стало обидно, что мою вкусную еде из общепита съели….
В принципе, за этот промежуток времени я многое для себя открыла: во-первых, Полина Трунова, в прошлом Андреева, не разучилась смеяться, шутить и острить, во-вторых, я еще ничего, раз могу привлекать чье-то внимание, в –третьих, видимо эта встряска была необходима, и понимая, что спустя каких-то пару недель вернусь домой, однозначно буду скучать по девчонкам….
Это были последние выходные, которые не предвещали ничего, кроме «семи потов», потому что период экзаменов набирал обороты. Завтра воскресенье, первые пары стоят на девять:десять, а это значит, опаздывать нельзя, еще и у Оленевой, она опоздание не прощала, с удовольствием бы припомнила на сдаче.
Уставшие ввалились домой. Время десять вечера, хочется лечь на диван и вытянуть ноги и забить на проект по «Технологии и аранжировке музыкальных композиций в сфере КДД». Серьезно плевать. Но несмотря на то, что Андрей Саныч, наш преподаватель, хорошо прибухивал, то по своему предмету спрашивал будь здоров. Потом еще «PR-планирование» у Десятова и можно застрелиться. Просто взять кольт и, приложив его к виску, сделать свое дело не выдыхая. Но больше всего злилась не из-за этого. За последние недели, я не могла пообщаться с дочерью по телефону. Пары с раннего утра и до позднего вечера, а эти двадцать минут в обеденный перерыв, тот самый момент, когда ты понимаешь, что ребенок спит или в детском саду.
Несмотря по сторонам в свою комнату, смежную с балконом, чтобы как можно быстрее набрать маму и … А что и? Хотя бы спросить, как прошел день у моих родных людей. Егор же позвонит, когда соизволит.
Мама берут трубку мгновенно для того, чтобы прошептать, что все у них отлично и мне не стоит переживать.
- Отдыхай, Полин. Как будет удобно созвонимся. Настя только задремала, боюсь, как бы я ее не разбудила.
Отключаюсь, тяжко выдохнув. Хочется всплакнуть, но не позволяю себе эту слабость. Она, моя девочка, все чувствует. Плакать нельзя.
- Полин, - из-за двери появляется Юлькина голова. – Сейчас ребята подъедут, с которыми я училась. Ты с нами?
- Нет, спасибо. Я – пас.
- Хорошо.
Юлька оставляет меня одну, чтобы через каких-то пятнадцать минут ввалиться в мою комнату с девчонками и пройти прямиком на балкон с целью: покурить.