Отец Егора работал на местном складе, на погрузчике.
- Вдвоем в кабине нельзя, - шептала ему, когда он пропускал меня вперед.
- Нам можно. За территорию выезжать не придется, так что сиди.
Это гробовое молчание и что-то неясное витающее в воздухе.
- Как ты думаешь, я нравлюсь Варьке?
Вот это поворот! Не приятно, что ж тут сказать. А с другой стороны, видимо, мне на роду написано быть чьим-то другом.
- Конечно! - заявила я ободряюще. - А что за кипишь?
- Хочу к ней подкатить, вот думаю вдруг откажет.
И так пристально смотрит в мои глаза сквозь это зеркало на лобовом стекле. «Что ты там хочешь найти, Егорка? Что?
- Не, не откажет. Вот ты молодец! Круто! Вы будете хорошей парой!
- Правда?
В его глазах удивление и еще что-то..., но я не умею читать все взгляды. Раньше моим оружием была интуиция и та подкачала.
- Да!
В полной тишине возвращаемся обратно. Он только спрашивает «не замерзла ли я?» и все. А потом высаживает возле входа в парк.
***
- Егор, я с ней поговорю, обязательно, - выдаю напоследок.
Даже останавливаюсь и внимательно изучаю его карие, почти черные глаза. Надо же, тогда я впервые разглядела их цвет, а до этого внимание не обращала, видела, что за ними
- Не, не надо, ты чего? Я сам... как-нибудь... Хорошо, Поль?
Он так смотрит, будто просит не глупить, не совершать ошибку.
- Я все же переговорю. Давай.
И в этот же вечер убеждала Варьку, что такому как Трунов не отказывают. Убедила, но не сразу.
Наш разговор о Варе повторился почти через неделю. Егор привез нас: меня, Варю, своего брата и еще какого-то парня к своему другу. Надо же? Вечно трусливая и всего опасающаяся Полина, не побоялась. Кажется, того парня звали Витя. У него был большой дом, точнее не у него, а у его родителей, которых по каким-то причинам не было дома.
- Девчонки, может в бильярд? - предложил друг Егора.
- Давай, - выпалила Варька и смело пошла за парнем.
Я же переводила взгляд со стола обтянутого зеленым бархатам на кий на Егора.
- Ты чего, Поль? Решайся! Это интересно, - подбадривал он меня, смотря внимательно.
- Я.... Не умею, - выдала и, кажется, покраснела.
- Я тебе помогу и научу.
- Хорошо, но смотри мне!
И широко заулыбавшись пошагала к столу. Если честно я проигрывала Егору. Мы играли вдвоем, он объяснял и показывал, а я пыталась сообразить, но видимо мне это было не дано, а потом, когда игра закончилась не в мою пользу он предложил составить ему компанию, пока тот курит.
- Не, ты Варьку лучше позови, - предложила я.
- Если бы мне нужна была Варька, я б позвал ее. Пойдем, рядом постоишь и пошла.
Подружка уже зажигала под «братьев Грим» и их ресницы, а я стояла с ее возможным парнем и пассивно курила.
- Ты же с ней разговаривала, да?
Кивнула, почему-то в этот раз заострив внимание на его руках: жилистых, с ниточками вен.
- И что она?
- Не хочет.
- Причина? - спрашивает на выдохе и смотрит в мои глаза с каким-то непонятным прищуром.
- Не знаю.
- А если не врать.
- Я не вру, я не договариваю.
- Ты же знаешь, что на меня можно положиться?
За нашими спинами раздается шум, компания решила подышать свежим воздухом, поэтому решив, что меня не услышат на фоне общего шума, выдаю вполголоса:
- Ты мне нравишься, А Варя не хочет делать мне не приятно. Это же просто симпатия? Ничего больше?
Смотрю на него, он на меня и понимаю, что меня услышали. Поэтому широко улыбаюсь, хлопаю друга по плечу.
- Расслабься, с этим живут.
И присоединяюсь к общей компании.
******
На самом деле это все кажется каким-то непонятным бессмысленным сном - мои слезы, принятие человека головой скорее, чем сердцем. А может мне так просто кажется? Ну, что выбирал его разум, а не моя душа? С Сенькой все было по-другому. Может, взрослею? Может, чего-то не понимаю?
И все же спустя считаные дни смею наблюдать эту новообразовавшуюся парочку в нашей чудаковатой компании. Они смотрятся. Реально смотрятся. Он - высокий статный, широкоплечий, что не всем парням из моего окружения свойственно, серьезный. И она - красавица, с рыжей копной волос, глазами цвета весенней травы, всегда улыбчивая, но сейчас ставшая какой-то абсолютно другой, коей до Егора я ее ни разу не наблюдала - сдержанная, много думающая, под стать ему.
Наверное, так рушатся мечты об идеалах, о семье и счастье в нем. Тогда мне казалось именно так. Думалось, что это все - конец, хотя тут же одергивала себя и твердила, что на этом парне «свет клином не сошелся».
Разумнее было бы все бросить. Вместо отдыха от учебы, заваливать себя еще большей кучей тестовых заданий и прорешивать и прорешивать.
Это была суббота. Одна из немногих, что я проводила в компании, где Егор и Варя были не вместе.