- Зачем ты так?
- Как? Говорю правду? Ведь это правда, Егор?! Самая настоящая.
- Не начинай.
- Что не начинай? Предъявлять претензии?
- Послушай, но ты же тоже не пушистая?
- Не пушистая. И признаю этот факт. Я устала, Егор. Очень устала.
- Что это значит?
- Сам думай. А теперь все. Пора завязывать. Спокойной ночи.
- И тебе. Я тебя люблю, Полин.
И отключаюсь. Вот зачем? Зачем все это тогда, когда там, где находится сердце все перегорело, а перед тобой в блокноте выписано несколько вакансий с возможным местом работы? Да и мысли периодически уходят к другому мужчине. Ха, мужчине…. Вяхарев ходячее что-то..
******
Сидя сейчас в своей комнате, в дали от звука телевизора и болтовни девчонок, отбросив телефон в сторону, склоняюсь над записями. Вырываю листок, кручу в руке и разрываю на мелкие кусочки то, что возможно могло привести к новой жизни. Не сейчас. Вот приеду, уволюсь, соберу вещи. Маму нужно будет убедить, чтоб Настя пару месяцев пожила у них, пока буду разруливать вопросы с детским садом. Самое важное поговорю с Егором. Нужно глаза в глаза. Не по телефону.
И вот в этот момент к разговору о совести. Больше нет чувства вины. В прошлый раз было. Оно съедало, уничтожало, убивало. Сейчас же все иначе. Абсолютно все. Будто вместо души, сердца - пустота. Я ничего не чувствую, лишь фантомную боль о том, что когда-то было хорошо. Фантомную, потому что все еще скучаю по старому Егору, фантомную, потому что любовь та была- первая….
Взгляд сам собой перемещается к окну. Он блуждает от одного светящегося окна к другому. Хочется плакать. Очень. Как говорят умные люди: выпиши на листок бумаги все плюсы и минусы? Боюсь, что отрицательный знак перевесит…. .
С Настей же все хорошо. Стабильно в районе семи вечера мы с ней на связи. Она что-то щебечет о своей жизни, а мне уже хорошо. Наконец-то рассказывает о том, что к ней приезжал папа. Хитрюга, ведь умалчивала столько времени? А я само собой задумываюсь над словами что сказала мама: «Нужен ли кому-нибудь чужой ребенок, если своему не нужен?» Нет. Все-таки он очень привязан к Насте. Пусть и любовь у Егора странная, иначе проявляется, чему обычных смертных, но….
Настя его маленький «хвостик». И мальчишки не надо. Чтобы папа не делала, она везде с ним и рядом. И он ее от себя не отталкивает, когда у него есть время и он наконец-то дома, то всегда так. Неважно где они: двор, гараж или приусадебный участок и Егор возится с забором. Она рядом. Он терпеливо, даже если у нее миллион вопросов, выслушивает и отвечает, если необходимо не злится, а спокойно, переведя дух, объясняет. Подбирает другие слова, но так, чтобы до нее дошло.
Что сказать? Сын воспитательницы.
А как к нему тянется сама Настя, как заглядывает «в рот», когда тот единственный раз за полгода снизошел прочесть для дочери сказку на ночь? Помню это была авторская история о жизни Лунтика. Все по заказу дочери. Они были в спальне, а я сидела в кресле перед телевизором и делала вид, что смотрю фильм, а сама слушала и улыбалась….
Буду ли об этом скучать? Не знаю….. Совершенно точно не знаю….
А еще в голове закралась мысль, совершенно паршивая и неправильная: Каково это быть в отношениях с другим мужчиной? Вяхарев выпадал из этой категории по вполне объяснимым причинам. И то, что между нами было, нельзя назвать чем-то другим, как банальный секс. А я… Что я? Столько дров нарубила и наломала веток, что хрен разберешься. А сколько еще сломаю?
С Ваней мы встретились нечаянно в универе в день после сдачи экзамена, который успешно сдала на хорошо. Как так сложилось, что мы попали в один день в абсолютно разных группах? Понятия не имела. Да и в целом смотрела под ноги. Опустошенная эмоционально. Благо, что защит а будет на следующей недели.
- Да здравствует пионерия! – раздалось где-то передо мной.
Ваня подошел в плотную нагло улыбаясь. А как еще, если по-другому не умеет?
Остановилась, понимая, что снова бросило в жар, а дыхание сбилось. Вот вроде бы все притупилось, остались лишь навязчивые мысли, но с ними можно жить. А вот когда он рядом. Сложно. Проблематично.
- На экзамен, как на праздник? – спросил, оглядывая меня с ног до головы.
Это часть моего воспитания. Белый верх, черный низ. Родители говорили, что в этом заключается некоторое уважение к преподавателям, а когда-то учителям.
- Привет, - здоровается он.
Стараюсь сдержать свой красноречивый взгляд. Теперь уже понимаю, как он догадывается о моих ощущениях. На лице ж все «написано».
- Ах, да, - с очевидным запозданием отвечаю на вопрос. – Традиция. Привет.