- С понедельника должна начаться посевная, - шепчет мне в макушку.
- Понятно.
- Я не знаю, как ты тут будешь справляться. Смены нечеткие, как и график.
- Справлюсь. Не волнуйся.
- Легко сказать.
Егор укладывается на спину, тяжело вздыхая.
- Швы были не самые страшные. Стежки.
- Помочь даже некому. Ну не бабулю же почти восьмидесяти лет просить?
- Не в коем случае, - улыбаясь поворачиваюсь к нему. – Бабуля уже свою порцию романтики хапанула.
Приподнимаюсь, чтобы заглянуть в его глаза. Понимаю, что хочу поцеловать. Мы так давно друг друга не касались. Просто поцеловать. Тянусь к его губам, убедиться, что не стали для меня чужими. Осторожно, пробую. Не чужой. Он не отвечает. Боится. Но, когда понимает, что не отстану дает «зеленый». Наше дыхание учащается. У меня не то, чтобы сносит крышу. Этот поцелуй он для меня какой-то другой, с привкусом осознания и бесконечной любви.
- Полин, - отрываясь, шепчет Егор. – Тебе нельзя, а мне сейчас очень сильно хочется.
- Это же просто поцелуй, - шепчу в ответ.
Он резко отрывает меня от себя. Сбивчиво дышит и бросает свое коронное:
- Пойду покурю.
Уходит, а я улыбаюсь. Наконец-то вижу: вижу, что я нужна. А это греет душу и заставляет чаще биться сердце.
Май. Июнь. Июль…
Июль….
Горечь ли? Сопереживание? Боль? С чем из этих ассоциаций больше связать мое состояние в этот месяц - не знаю. Но этот день я запомню навсегда. Бывает такое, понимаешь: сейчас или никогда.
Мы сытно пообедали. Ккатюша спала в кроватке, Настена была в саду. Я же убирала со стола, когда меня вдруг озарило: я смотрела на вытянувшегося на полу в эту июльскую жару мужа и отчетливо осознаю: а почему бы и нет? Удачного момента может и не быть.
Мыть посуду в ручную… Это так не свойственно большинству женщин, населяющих нашу оснащенную гаджетами планету земля. Да.., вот совсем рядом посудомоечная машина, что Егор купил сразу после нашей выписки из роддома, желая облегчить мне жизнь. «Глажки, огорода, потом и двора – хватит. Держи помощницу». Супргу часто говорит, особенно сейчас, когда передо мной гора посуды, что я сумасшедшая…. А я знаю, почему именно сейчас предпочитаю делать именно так, а не иначе….
«Надо решиться» - быстро в голове, - «Если не сейчас, значит, никогда»
- Я тебе изменила, Егор, -шепчу.
Отчего-то надеюсь, что не услышит.
- Чего? – спрашивает, смотря на меня непонимающим взглядом снизу вверх. Кажется, он догадывался.
В соседней комнате начинает плакать младшенькая, ей всего три с небольшим месяца месяца от рождения. И, да, я точно знаю, что отцом этой крохи является мой муж, Егор Трунов, как и отцом нашей старшей дочери.
- Катя плачет, - шепчу я и тут же тороплюсь вытереть руки об полотенце.
- Повтори, - доносится мне в спину.
Егор уже стоит на ногах. Несложно догадаться, так как звук его голоса доносится с другого ракурса.
- Повтори то, что ты только что сказала, - говорит не уверенно.
А я жмурюсь. Мне страшно. Самое интересное, что не за себя и за детей. Именно в этот момент как-то наплевать на все происходящее. Я боюсь за него. Его боль - моя боль. И этот удар ему нанесла я.
- Ты же все слышал, - отвечаю не громко, скользя взглядом по его глазам. И прячу. Смотрю на дочь, к кроватке которой успела подойти, куда угодно, только не на него.
- Нет. Да, просто, скажи это еще раз.
Отворачиваюсь. Смотрю в окно на улицу, там лето, зеленые листья шелестят на ветру, небо голубое практически без единого облачка, птички поют.
- Я тебе изменила.
Поворачиваюсь. На лице дуратская улыбка. Что-то типа защитной реакции на происходящее.
- То есть так? Да? – переспрашивает дрожащим голосом.
Киваю. Ступор. У меня какой-то ступор. И понимание собственной никчемности. Вся жизнь сверх на голову. Его. Моя. Наша.
А еще хлёсткие воспоминание отголоском:
- Знаешь, что отличает мужчину от женщины? Моя жена никогда не узнает, что в моей жизни была ты или еще кто-то. Никогда. А вот тебе совесть не позволит промолчать.
- Я справлюсь.
- Это ты сейчас так думаешь.
- Он никогда не узнает.
Ванька усмехается, глядя мне в глаза.
- Поверь мне, пройдет время, и ты жизнь свою пересмотришь. Научишься видеть, замечать все вокруг, поймешь, что все то, что было здесь в этой комнате – помешательство не более. А то что у тебя есть и останется -0 это настоящее, навсегда. А еще….
- А ты?
- А что я? У нас у мужиков мозг по-другому устроен. И потом, люди в принципе разные и друг на друга не похожие…
- В этом ты был прав, - одними губами в пустоту.