- А я тебе сказала – извинения не принимаются! Раньше нужно было думать, тугодум. Возвращайся в свою Москву, сыщик недоделанный, пока я не достала дедушкино ружье, и бубенцы тебе не отстрелила. Дважды подумай, ведь на кону стоит продолжение рода. Я всегда подозревала, что у тебя мозги туго соображают, но только недавно убедилась в твоей безнадежности.
- Карин, позволь объяснится. Я виноват, но люблю тебя! Слышишь? Отрицал до последнего, что это ты, потому что испугался. Один раз ты уже исчезла на шестнадцать лет, что тебя остановило бы сейчас? Да, поверил, потому что все разом навалилось, мысли в кучу, но обещаю, что больше не усомнюсь в тебе и не подорву доверие. Потому что ты самое дорогое, что у меня когда-либо было в жизни.
Любит. Это признание заставляет меня трепетать, но тут же прихожу в себя. Нет, если я так поступила с Андреем, то даже ползая перед ним на коленях, не вымолила прощения. Схожие характеры, поэтому и я не поддамся. Я давала ему шанс, и он позволил себе зайти еще дальше.
Выставляю руку перед собой, предупреждая дедулю, прошептав одними губами:
- Не смей!
- Карин? – зовет Андрей.
- Я не хочу тебя видеть. Ты причинил мне очень много боли. Меня так еще никогда не унижали. Впервые испытала настолько сильные чувства, - признаюсь, прислоняясь спиной к забору, опуская голову. – Поверила, что у нас все может получится. Я так обрадовалась, когда узнала, что часы подарил мне именно ты, ведь это значит, я нашла мальчика в которого влюбилась, как дурочка в первую встречу. Знаешь, - хмыкаю с горечью, - даже думала, что вот уже нашим будущим детям есть, что рассказать, ведь наша встреча удивительна. Перекрестки дорог объединили тех, кто сопротивлялся яростно любви. Как я смогу теперь повернуться доверчиво к тебе спиной, не ожидая, что ты воткнешь мне нож в спину? У меня был пример счастливых отношений и тебе известно о ком идет речь. Любовь должна быть красивой, где каждый влюбленный способен на жертвенность, готов поддерживать партнера, не смотря ни на что, заступаться за него при каждой возможности, веря ему на сто процентов. Ты меня не любишь, раз смог унизить. Чего молчишь? Андрей?
Я напряглась, искоса взглянув на дедулю, но он пожал плечами, заходя в дом. Отлично, защитники у меня хоть куда. Испугавшись, что с ним что-то случилось, развернулась, открывая ворота, но высунув голову, заметила, что кроме машины дядь Вани никого нет. Где же он?!
Вдруг меня разворачивают и резко впиваются в губы, схватив сзади за шею, надавливая языком и врываясь им в рот, не давая мне пикнуть. Хочу его оттолкнуть, но губы не слушаются, предают меня, хоть руки и колошматят его по плечам. Я скучала. Сильно. Его поцелуй, как чистый глоток воздуха. Сладкие, вкусные и такие родные губы.
- Что ты себе позволяешь? – рявкаю, когда Андрей отстраняется.
- Понял, не до конца подействовало.
Вновь приникает к губам, без стеснения и я подавляю стон, прикрывая глаза, чувствуя, что тело уже готово ответить ему. Нет. Одним поцелуем ничего не решить и поэтому наступаю ему со всей дури на ногу, поднимая колено, чтобы ударить в живот, но Андрей разрывая поцелуй, блокирует рукой мою ногу, избегая удара, чмокая меня в щеку, склоняясь к ушку.
- Я люблю тебя и готов до конца наших дней вымаливать прощение. Своим появлением ты снесла мне крышу, расшатала всю нервную систему, доказала, что желанней никого не может быть, кроме тебя. Малышка, я предал твою веру, но исправлюсь. Обещаю, а мы Волковы, если даем слово, то его невозможно нарушить. Я не прошу тебя простить меня сейчас, а дать шанс вымолить у тебя прощения и попробовать построить новую ячейку общества.
- Что? – вырывается из меня.
Андрей уже опускается на одно колено, вынимая коробочку, открывая, и я вижу самое красивое кольцо, что мне довелось видеть. Драгоценный камушек в середине в меру большой, а по краям белое золото причудливо складывается в узор, похожий на снежинки. Продумал до мелочей. Не обычный визит. И только сейчас до меня это доходит, когда замечаю на нем праздничный черный модный костюм с цепями на грудном кармане, а также на нем был галстук, поверх рубашки, который, насколько я помню, не особо любил носить. Прям вылитый жених, и я стою в тапочках, домашней одежде и растрепанными волосами. Романтично до одури.