- Солнц, я еще поспрошаю у ребят, пристроим за надежную спину, не переживай, - пообещал он, - без тебя я никуда не поеду.
В трубке тишина. Потом тяжелый вздох.
- Минь, я не знаю, как ей сказать. По-моему она в него втрескалась.
- Кошмар! Ну что все в нем находят! Неужели раздолбайство так привлекательно?
- Для меня нет.
Он улыбнулся, оценив врачующую силу любимого голоса и этих слов.
- Не говори ей ничего. Сам все испортил, сам и исправит.
- Думаешь, он к тебе на бездник придет?
- Не знаю. Но если не придет – это уж слишком.
Зоя опять вздохнула.
- Ладно, не бери в голову. Разгребем.
Нерабочий полдень
- А Змей? Почему его так зовут? – спросила Света.
Они сидели в «мотобаре» в обеденный перерыв. Андрей специально выбрал это время – недружественные друзья, скорее всего, не сунутся.
- Из-за комплекции и житейской мудрости. Всегда знает, в каких салонах проходят акции. Может неделями таскаться по магазинам в поисках более дешевого варианта или до одурения лазить по сайтам. Уверен, что лучше него никто в мотах не разбирается и поэтому никому не доверяет ковыряться в своем. Все делает сам и даже если точно не знает как – обложится книгами и выяснит, но скорее удавится, чем спросит у товарищей.
Света рассмеялась. Андрей неплохой рассказчик, обладает приятным голосом и не забывает приправлять характеристики почерпнутыми из книг сравнениями. Стинг пел о том, какие мы хрупкие. Музыкальный автомат произвел на девушку впечатление. С этой игрушкой она сталкивалась только в Америке, о которой ничего говорить не хотела.
- Все это уже из фильмов и анекдотов известно. Мне интересней родная страна и русские люди.
- Мои друзья, например?
Андрей поймал себя на том, что ему тяжело говорить о Мише, хотя раньше он это делал с удовольствием. Теперь вспоминались только раздражающие черты лучшего друга. Однако другие люди Мишу за те же качества уважали.
- А мне бы хотелось больше узнать о тебе. О твоих друзьях и близких. Обо всем, что тебя увлекает.
- В целом ты это уже знаешь. Можно сказать, с первой встречи.
Стинга сменили «Роксэт» с «Королевой дождя». Это была задумка Андрея.
- Даже такая музыка здесь водится! – Света в восторге.
- И в последнее время люблю такое ненавязчивое. Старею, наверное.
- Почему? Я как раз лет и тринадцать очень любила «Роксэт» и «Сэведж Гарден». Они и теперь не кажутся мне попсовыми. Все мы с чего-то начинали.
- Знаешь, мне всегда было интересно, почему «дикий сад»?
- Дарен говорил, что в его понимании это – жизнь вампира. Он, оказывается, любил романы Энн Райс. И жалел вампиров, обреченных на бессмертие. Близкие стареют и умирают, а они коптят небо. Жизнь становится пыткой. Уже не сад, но еще не лес. Красиво и печально.
- Вот уж не ожидал там такой подоплеки! – усмехнулся Андрей.
Следующим номером была «Сирения» с песней «Sister Nightfall». Когда Светлана заявила, что ей больше нравится «Тристания», Андрей опешил.
- Хотя, наверное, для дикого сада страна грусти больше подходит…
- Ты так забавно связываешь названия групп и песен! Я бы не додумалась…
Андрею мучительно не хотелось признаваться в плагиате, но он пересилил себя. Оказалось, это не так сложно и не выглядит унизительным.
- А чья идея? Кого-то из друзей?
- Конечно! – не говорить же ей о письме.
И Андрей решил подарить идею Князю. Ему такое подходит.
- Расскажи о нем.
- Ну… на дороге его узнаешь без труда - он шевелит губами, постукивает рукой по рулю и ногой по асфальту, смотрит не на светофор, а на проплывающее облачко. Но при этом в ДТП не попадет – в него будто встроен автопилот, и мотоцикл управляется на уровне инстинктов. Если по пустой трассе летит мотоцикл, проходит пару населенных пунктов, а перед третьим сбрасывает скорость и чинно проплывает мимо спрятанного в кустах гаишника – за рулем точно Князь.