Андрей обернулся, понимая, что обращаются не к нему, но название мгновенно всплыло в сознании.
- Насколько мне известно, нет, - прогундосил поддатый продавец.
Однако девушка не спешила уходить. Она тоже стала перелистывать пластиковые страницы с дисками. Андрей видел ее размытое отражение в знакомых и незнакомых обложках. Светло-каштановые пушистые волосы, блуждающий взгляд и горловина зеленого свитера над черной курткой. Сердце радостно подпрыгнуло. Разум сообщил, что в сказки верит только Князь и автор письма. Но ведь если она сейчас уйдет, он никогда не узнает…
- Девушка, а «Опет» вас не привлекает?
У нее дивные зеленые глаза. Утонуть можно.
- Они превосходны, - в улыбке появилось больше теплоты.
- А я пока не почувствовал – один альбом послушал и не впечатлился.
- Смотря какой альбом – если последний, то неудивительно. Я и сама его не поняла.
- А какой бы вы посоветовали? – вкрадчивый голос, излюбленная улыбка.
Девушка перестала несколько пластиковых страниц и вытащила пропущенный Андреем диск. Она посоветовала еще пару альбомов, названия которых Андрей не запомнил.
Пора брать быка за рога. Андрей порылся в рюкзаке и выудил ежедневник.
- Запишите, пожалуйста, я эти названия с трудом выговариваю.
- Тогда вы много упустите – английским эти шведы пользуются умело, - выводя названия вверху страницы, проговорила она.
Андрей не хотел разочаровывать потенциальную мечту и соврал, что повозится с переводчиком. Она же любила изучать иностранные языки – посещая курсы и самостоятельно, путешествовала и общалась.
- Тогда наберусь наглости и попрошу вас помочь с переводами, - подмигнул ей Андрей, - вам – языковая практика, мне – экономия времени.
Она рассмеялась – мелодично и заразительно. Согласилась, что наглость, но не отказала. Ее зовут Светлана, и она никуда не спешит в отличие от Андрея, который уже готов был послать рабочий день подальше, но опомнился. А как на счет вечера? Чудесно! Даже если это не она, девчонка приятная. Все равно свободен и одинок. Слишком красив и немолод для такого состояния.
Он проводил ее до двери магазина. А за дверью - мелкий холодный дождь.
- Что ж, до вечера, - раскрывая черно-красный зонт, пропела она.
Андрей заворожено смотрел вслед удаляющейся тонкой фигуре в черном. Длинные локоны собрались в капюшоне и под зонтом казались золотисто-розовыми. Когда девушка исчезла за углом, Андрей раскрыл ежедневник. Нет, не тот почерк. Хотя… может, на весу и в спешке он изменился?
Вернувшись на работу, Андрей позвонил Мише и попросил не тащить Лизу в бар сегодня. Андрея не будет, и везти ее домой некому. Нехорошо получится.
- И вообще, надо предупреждать о таких экспромтах.
- Понимаю, дружище, учту, - согласился Миша, - а че это ты седня не придешь?
- Свиданка у меня.
В трубке помолчали. Потом почти в обычной манере произнесли:
- Ясно. Удачи!
- Спасибо. И тебе.
Или надо было сказать «вам»? Миша теперь один не мыслился. Дожили…
К встрече Андрей не слишком готовился, но волновался. Перечитал письмо еще раз. Дарить ли на первом свидании духи? Распакованные. Разумеется, нет. Розы вполне хватит. Хотя, если это все-таки она – какой была бы реакция? Он отчетливо представлял себе Светлану, подхваченную вихрем воспоминаний и перестающую замечать реальность. Почти блондинка, мечтательная, спортивная. А если он упомянет про Воннегута или «Город туманов»?
Андрей надел белую рубашку и черные джинсы. Начистил ботинки. Он умеренно нестрижен и небрит, чего исправлять не стал. Долго думал, какую розу купить. При всей своей хрупкой изящности и мечтательности с чайными розами Светлана никак не ассоциировалась, да и настроение у Андрея не в тон – этакий невнятный, невыразительный цвет… розовые – слащаво, желтые – говорят, к разлуке, хотя именно в русской культуре желтые розы – символ любви. Остаются красные.
- Вовсе нет, молодой человек, - пророкотала цветочная продавщица, - не только красные.