— Хватит! — Эш посмотрела на него с вызовом, на какой только была сейчас способна, — Я пыталась не паниковать! Я держала самообладание, насколько только могла. Не смей мне говорить, что я не осознаю ситуацию! Там осталась не только Николь! Туда…— Ее голос предательски дрогнул, а на глаза наворачивались слезы осознания, что он может быть уже давно мертв, — Туда пошел Люк. Один. И никто не сделал ровным счетом ничего. Все, что я хочу – найти помощь и спасти их. Эта деревня – наш шанс, какой бы странной она не была. У них может быть телефон, рация, передатчик. Да все, что угодно, чтобы вытащить из задницы не только нас, но и их! Так что засунь свои командирские замашки себе обратно в трусы, и начнем действовать сообща!
Вокруг воцарилась настоящая мертвенная тишина. Никто из ребят не посмел вмешаться в их спор. Всем было страшно, и каждый из них был прав. Нужно идти не только напролом, но и быть осторожными, чтобы спасти свою шкуру. Но и отсиживаться права никто не имел.
— Те, кто остался в автобусе наверняка покойники, — Прошептала Энни, роняя горькие слезы. Она уже давно была на грани нервного срыва, покрытая липким потом, грязью и каплями крови, которые не имели к ней никакого отношения.
— Даже если это и так, какое право мы имеем отнимать у них хотя бы один единственный шанс на спасение? — Эш прожгла ее огнем насквозь, заполнив душу стыдом. Ведь там осталась и Ольгитта – та единственна, что могла терпеть ее скверный характер, потакая всем ее прихотям, желаниям и привычкам. — Она ведь тоже ждет. Сидит. Ждет. И надеется, что лучшая подруга ее не бросит, как когда-то она не бросила тебя в той ситуации в школе.
— Не смей… — едва различимый шепот обогнул толпу.
— Что ты сказала?
— НЕ СМЕЙ ГОВОРИТЬ МНЕ, ЧТО Я ЕЕ БРОСИЛА!
— Тогда иди и докажи это, — Эш подошла к ней и, как бы она ненавидела эту девушку за ее скверность во всем, погладила ее плечи, словно мама, старающаяся успокоить дочурку перед врачом или экзаменом. Хотя мать Энни не имела ничего общего с материнской нежностью, Энни этот жест успокоил, а во взгляде появилось что-то мало-мальски похожее на смелость. Тем не менее она гордо вскинула подбородок и, убрав резким жестом руки Эш со своих хрупких плеч, пошла вперед, присматриваясь к темным окнам ближайшего дома.
— Не расходитесь, — сказал чуть охрипшим, но строгим тоном Дэкс и пошел за Энни.
Вновь воцарилась тишина, плотнее сгущаясь вокруг группы подростков, пытающихся более часа выжить в густых зарослях леса. Было огромным чудом, что они вообще нашли эту деревню. Огни, за которыми они бежали, покинув автобус, давно потухли и растворились во тьме. Долгое время им казалось, что это мираж, и никакого поселения вообще не существовало, а они упорно шли навстречу своей гибели. Чем дальше они шли, тем больше людей теряли. При каждом нападении умирал только один, будто хищник играл с ними в какую-то чертовски забавную для него игру. Лишь Маркуса им удалось отбить. Повезло, что Люк оставил Эш один из своих запасных и заточенных ножей. Осматривая окровавленные руки, Эш до сих пор ощущала то мгновение, как воткнула нож в глазное яблоко чудовища. Прокручивая лезвие, она слышала неприятный до мурашек скрип костей, а потом и крик чудовища. Будто и правда дьявольская птица. Но то была не птица…
Его крепкие когти на коротких передних лапах крепко сжимали ногу Маркуса, глубоко впиваясь внутрь плоти острыми шипами. Копыта глубоко входили в землю, чтобы держать отпор. За спиной в широком размахе распахивались крылья. Нечто, что породила сама тьма. Ведьма. Легенда ожила у них на глазах. Глазах…
Эти янтарные глаза. Пламя, сжигающее все изнутри. Теперь он был только один.
После случившегося ребята не могли об этом поговорить. Казалось, упомяни они лишь вслух Дьявола Джерси, и он снова возникнет перед ними, жаждущий крови и большей жестокости. И вот они на окраине деревни, куда, возможно, он никогда не выйдет. Казалось, безопасность была так близко.
Над деревней раздался оглушительный крик. Из дома, в которой Энни и Дэкс вошли всего пару минут назад выбежала девушка, спотыкаясь, но не падая. Она врезалась в толпу и смотрела с истерикой в глазах, а потом потеряла сознание, упав в руки и без того раненного Маркуса.
— Там два трупа, — Дэкс вытирал о траву ботинки, которые были в крови, — Там все в ней, — добавил он под пронзительным взглядом Эш, но сам был спокоен. Казалось, это все больше его не пугало. А может он просто делал вид, чтобы сохранить хоть какие-то остатки самообладания, — Готов предположить, что в каждом доме здесь нечто похожее. Вы, как хотите, я проверять не буду.