Лайрин засмеялась:
– Вот! Я же говорила! Тебе тоже нужно платье.
Спустя какое-то время они шли обратно, в “Златое Солнце”. Донельзя довольная своими приобретениями Лайрин болтала без умолку обо всем, что видела вокруг, как ребенок, Тара же молча кивала, думая о своем.
В общем зале уже не было Дарвайна. Тара выразила обеспокоенность его отсутствием, но Лайрин лишь махнула рукой:
– Что с ним может случиться? Он точно давно дрыхнет.
– Я бы все-таки проверила.
Лайрин устремилась вверх по лестнице, а Тару задержал подошедший с поклоном трактирный служка.
– Ваше имя Тара? – спросил он и, получив от нее кивок в знак согласия, протянул свернутую в трубочку записку. – Вам просили передать вот это.
Тара развернула. Но там был только символ: голова ворона с дубовой ветвью в клюве и подпись: “Изумрудная корона”.
Лайрин, снова появившаяся на лестнице, сообщила:
– А их обоих нет, – и ехидно добавила, – видать, отправились по злачным местам вдвоем. А что это? – фэйри с любопытством посмотрела на листок в руках Тары.
Та облегченно выдохнула, все же под присмотром Линта’эла Дар вряд ли способен влипнуть в неприятности. Разве что это будет иметь воспитательные цели. И все же… Если Дарвайн и Лайрин старше нее на четыре года, а Линта’эл достиг “порога”, по всей видимости совершеннолетия, до их рождения, сколько же ему лет?
– А это… – спохватилась Тара, слишком погрузившаяся в свои мысли. – Мне надо идти. Это одна моя… очень старая знакомая. Леди Касс. Кто-то из ее людей, видимо, заметил меня в городе. Я скоро вернусь. Дождешься остальных?
Лайрин с готовностью кивнула:
– Я спать пойду, – фэйри зевнула, – мне по борделям ходить неинтересно. Ты не задерживайся уж очень сильно, ладно? Они могут всю ночь шляться, а одной как-то совсем скучно, – протянула она, но тут же добавила: – но я, честное слово, никуда не уйду! Не беспокойся!
– Я ненадолго, – пообещала Тара. – Рассчитываю на твою сознательность.
Тара. Глава 21, в которой Тара встречает старую знакомую, но не сходится с ней во мнениях
В тринадцать лет для беспризорной девчонки, шляющейся по улицам Ротхайма в поисках еды или какого-нибудь заработка, оказаться в рядах учеников вороньего войска леди Эвандры Касс было большой удачей. Тем паче леди Касс сама девчонку заприметила, оценила ее потенциал и следила за ее успехами.
Когда-то Тара бродила по городу, неприкаянная и потерянная, пока не подралась с каким-то мальчишкой. Она уже и не помнила, из-за чего случилась драка. Кажется, он решил поглумиться над чумазой нищенкой, бросив ей пару монет, а потом обвинив ее в воровстве. Тара, может, и была голодна и растеряна, но подобного обвинения в свой адрес не потерпела. И шутник ретировался, размазывая по лицу кровь из разбитого носа.
Оказался он, однако, оруженосцем и учеником вороньего войска леди Касс, которой он умудрился нажаловаться на оборванку, расквасившую ему нос.
Тогда судьба Тары и изменилась самым внезапным образом. Леди Эвандра Касс была не просто леди-рыцарем, участвовавшей во всех крупных войнах и битвах за последние десять лет. Она еще и умела подбирать себе людей. И девочка с хорошими задатками воина, без родственников и каких-то перспектив на будущее, вполне подходила для того, чтобы пополнить ее отряды.
Так она почти семь лет оставалась с леди Касс и ее людьми. Многому научилась: и орудовать мечом, и стрелять из лука, хотя меч ей нравился больше, и премудростям походной жизни, успела побывать в разных боях и сражениях, была в столице и даже в самом дворце, среди сопровождавших леди Касс людей, когда та встречалась с самой королевой Иоленти.
Пути их разошлись два года назад, когда закончилась война с Узмиром, содержать большие отряды наемных армий стало невыгодно. Леди Касс, как и многие другие, распустила свои войска. Таре был дан выбор: остаться при леди Эвандре телохранительницей или получить свои выходные сто золотых талеров помимо того, что могло быть накоплено за время службы в войске миледи, и попробовать жить своей жизнью.