– Ты выглядишь восхитительно, каэлин Лайи – сказал он, слегка склонив голову.
Он даже не взглянул в сторону Мэй. Словно её не существовало.
Лайи мгновение стояла в замешательстве, а затем улыбнулась – мягко, робко, с едва заметным румянцем на щеках. Норвайн'эл протянул ей руку. Девушка опустила взгляд, словно колеблясь, но через пару секунд вложила в его ладонь свою.
Мэй смотрела на них и чувствовала, как где-то внутри разливается странное, неприятное ощущение: Лайи будто в одно мгновение забыла о ней.
Норвайн'эл, не отпуская руку Лайи, мягко повел её к выходу. Их шаги были неспешными, словно этот момент был только для них двоих, а весь остальной мир – лишь призрачный фон.
Лайи на мгновение оглянулась, её взгляд скользнул по Мэй – растерянный, будто она не узнавала подругу или не до конца осознавала её присутствие.
Мэй вдруг почувствовала странное дежавю. Будто это уже случалось. Но где? Когда? В памяти вспыхнуло какое-то чувство, неясное, зыбкое, но ускользающее прежде, чем она успела его ухватить.
Перед самым уходом Норвайн'эл все же удостоил её взглядом. Яркие сиреневые глаза задержались на ней чуть дольше. Он слегка улыбнулся, как будто... как будто он улыбался только ей, но Мэй почувствовала фальшь.
Легкий летний ветерок коснулся её лица, тёплый, несущий с собой дыхание солнца и сладковатый аромат цветов. Но она не позволила себе впустить его. Вместо этого внутри что-то сжалось, и этот порыв остался снаружи, так и не коснувшись её души.
Никакого восхищения, никакой эйфории. Только глухая растерянность, неприятное чувство, будто Лайи вдруг оказалась где-то далеко, за невидимой преградой. Обида.
А Норвайн'эл... Он раздражал.
Мэй некоторое время стояла одна в чужой комнате. Она не должна злиться на Лайи. Но надо больше узнать, о чем говорила Эйверин'айт, о вин'эсаль. И тогда она поймет, наверное, что случилось с Лайи и остальными, и почему она вдруг сумела как-то этому воспротивиться.
А пока… Пусть Лайи наслаждается прогулкой с этим фэйри. В конце концов, это ведь приносит ей радость. Мэй же пойдет и поищет радость в другом…
***
Варго'эл полюбовался, как солнечный свет играет на хрустале бокала и создаёт приятное золотистое свечение в напитке в этот бокал налитом. Нектар нис, что добывался только из стеблей цветов лум'и, обладал теперь большой ценностью и был невероятно редок. Но Алин'юйт сумела вырастить достаточно этих цветов в саду и оранжерее, чтобы иметь возможность как побаловать напитком гостей, так и подать его каэлиндаэ, усиливая влияние на них магии фэйри.
– У тебя, как обычно, все лучшее, рэйн Алин'юйт, – он довольно улыбнулся, сделав небольшой глоток.
– Ты так считаешь? – она ответила на его улыбку. – Все благодаря твоим советам. Айлу'эл'энди даже многие из моих прежних противников признают лучшей идеей.
Они сидели в её покоях. Варго пожелал, чтобы Алин задернула шторы, и сам подсветил полутемную комнату белыми огоньками Двора Звезд.
– Так ты вернулся в Альвхайденгард тайно, рэйн Варго'эл? – сказала она, решив, что разгадала его мотивы.
– И да, и нет. Не хочу попадаться на глаза кому-то, кто потом может рассказать обо мне файрину.
– Ты прошел через Луи'занэр, – она пожала плечами, – а это город под управлением Двора Мерцания и Рассвета. О тебе все равно доложат.
– Я воспользовался другим путем, – сухо ответил он, снова делая маленький глоток из бокала, – знаешь ли, у меня есть свои тропки и дорожки, рэйн Алин'юйт. Не замечала ли ты чего-то интересного среди вновь прибывших каэлиндаэ? – Варго'эл поставил бокал на столик, наблюдая за выражением лица собеседницы.
Она скривилась, как от неудачного глотка вина.
– Чего вообще можно ожидать от них? – презрительно бросила она, но потом, чуть помедлив, со вздохом добавила: – Хотя, должна признать, одна из них оказалась под крылом Эйверин'айт.
Варго приподнял брови, но ничего не сказал, только слегка наклонился вперед, приглашая её продолжить.
– Как бы мне не пришлось отдать эту девчонку Двору Дня, – процедила Алин'юйт, – как бы глупо это ни звучало.
Варго'эл усмехнулся.
От Двора Дня осталась лишь одна Эйверин'айт. Но даже в одиночестве она все ещё держала под своим влиянием вассальные Дворы – Ясного Неба, Сияния, Рассвета. Кроме того, Дворы Цветения и Крыльев признавали её своим временным сюзереном.