Фэйри с сожалением покачала головой:
– Чтобы учиться магии, надо уметь видеть магическую ткань мира, Мэй. Люди, к сожалению, лишены этого дара, – но секунду подумав, добавила: – но ты могла бы научиться пользоваться уже готовыми артефактами. Я подумаю и подберу что-нибудь полезное.
Девушка робко улыбнулась. Да, помечтать было не вредно. Но для каэлин, которую и учить-то никто ничему толком не собирался, то, что говорила и делала для нее Эйверин'айт было очень ценно.
– А это, – Эйверин'айт указала на разложенные предметы, ткани, книги и всякую всячину, – излишки, которые оказались не нужны Малым Дворам и их сюзеренам. Здесь можно взять все, что пожелаешь.
После этих слов Мэй с ещё большим интересом посмотрела на прилавок. Здесь было много всего. И только сейчас она поняла, что и в самом деле, всяких вещей в достатке, но нет никакой системы или логики, как у лавочников в той же Эритии, раскладывающих свой товар по видам.
Она прошла, рассматривая коробочки с засахаренными фруктами, отрезы тканей, нити разных цветов, толщины, некоторые блестели на солнце, переливаясь разными цветами.
Среди всего этого она заметила маленькое зеркальце, с одной стороны обычное, а с другой такая же отражающая поверхность была черной, в перламутровой белой оправе, оно притянуло её взор. Девушка взяла его в руки. В Айлу'эл'энди было множество зеркал. Они практически были везде. И было много красивых вещей во всех комнатах, и одежды… Но Мэй вдруг ощутила что-то такое, как с книгой. Она захотела, чтобы это зеркальце было её собственным.
Эйверин заметила её интерес и сказала:
– Возьми.
– В самом деле? – Мэй ещё не до конца веря в то, что здесь можно просто что-то взять, протянула руку и коснулась его прохладной поверхности.
– Конечно.
Мэй прижала зеркальце к груди.
– Спасибо, – произнесла она чуть слышно.
– Это талар'и, – сказала Эйверин чуть погодя, – не знаю, откуда у Малого Двора оно могло оказаться… Жаль, что без пары…
В её голосе слышалось сожаление. Но Мэй пока решила оставить вопросы. Чем бы ни было зеркальце, приобретение какой-то вещи, даже пусть она оказалась никому не нужна, и приобретение осознанное, сейчас само по себе для нее было ценным.
Они побродили немного по улицам, среди домов, не таких пафосных и прекрасных, как Айлу'эл'энди или здания в центре города, но все же гораздо более красивых, чем обычные постройки в людских городах. Им попадались фэйри, иногда кто-то останавливался, приветствуя Эйверин'айт, она всегда отвечала им.
Мэй оглядывалась по сторонам, иногда улавливая звуки музыки, а периодически слыша чей-то разговор или смех.
Потом она дала увести себя к морю.
В солнечный ясный день оно поражало своей красотой.
Солнце играло в волнах, создавая волшебную атмосферу. Небо ярко-голубое, без единой тучи, словно сливалось с водой где-то на горизонте, водная гладь казалась бесконечной. Волны нежно касались берега, шурша мягким песком.
Мэй вздохнула от восторга. В нос ударил запах морского соленого воздуха. Несколько минут она не могла отвести взгляд от всей этой красоты.
– Все же тебя беспокоит что-то, Мэй, – заметила Эйверин, – расскажешь мне? Настаивать я не стану. Но сейчас мы не в Айлу'эл'энди. И я обещаю, что бы ты ни сказала, это останется между нами.
Мэй неуверенно повернулась к фэйри, вопросов у нее было много. Но все ли их можно задать? И она начала с самого, как ей сначала показалось, невинного:
– Рэйн Эйверин, мы гуляем уже давно по городу, а я уже месяц в Айлу'эл'энди. И нигде ни разу я не видела ни одного ребенка. У фэйри есть дети? Или… прости, если вопрос бестактный, – быстро попробовала оправдаться Мэй.
– О, нет, Мэй. Это правильный вопрос, – Эйверин'айт покачала головой, – но и ответ на него непростой. Дети фэйри рождаются редко по сравнению с тем, как это происходит у людей. Но мы и живем раз в пять дольше за счет магии. И в прежние времена это не было большой проблемой. Сейчас... – она умолкла, как будто раздумывала, что стоит, а чего не стоит говорить.
Мэй задумчиво смотрела на Эйверин'айт, и внезапно, словно сама удивившись своим мыслям, спросила: