– Да твари лесные разгулялись. Все лезут к городу и лезут. Нападают ночью на людей…
– Волки что ли? – не на шутку удивилась Тара.
Летом волки обычно на людей не нападают, близко к человеческому жилью не подходят. Бывает такое разве что в особо суровые зимы, в голодное время. Сейчас-то какой голод.
– Да не волки это, – парнишка понизил голос, – все так и говорят, волки-волки… А я видел, как одна из этих тварей фэйри в лес утащила…
– Довен! – прикрикнул на него один из тех, кто следил за работой землекопов. – Кончай болтать!
Молодой стражник поджал губы и отвернулся.
Тара же поспешила следом за своими спутниками. Дар и Лайрин беспечно глазели по сторонам, обсуждая какую-то ерунду. А вот Линт посерьезнел. И если Тара была скорее заинтригована, его взгляд выражал озабоченность и неясные подозрения. Обсуждать, правда, пока было нечего. Они лишь многозначительно переглянулись и двинулись к рыночной площади.
Постоялый двор нашелся всего один. Вернее был это и единственный городской трактир, и гостиница, и место, где объявлялись указы префекта, а жители обменивались новостями. Для такого захолустья, может быть, вполне приличное местечко. Кое-где на стенах даже виднелась роспись.
На фэйри тут смотрели без любопытства, но с легким раздражением. Словно, ну вот вроде бы и вреда от этих нет никакого, а все равно глаза мозолят.
Лайрин и Дар заняли стол, а Тара договаривалась с хозяином и расспрашивала его о том, что же произошло, что за звери напали на город, что потребовались такие меры предосторожности.
Тот скривился, но ответил:
– Да толком их сначала никто не видел. В начале весны бабы с детьми ходили в лес, сморчки собирали. Вот их напугали какие-то не то кошки, не то волки. Только они их издалека видели. Кроме красных глаз и жутких морд ничего не запомнили. А потом их уже стали около города замечать. То в одном, то в другом месте. Пытались облаву устроить – да ничего не нашли, даже следов. Пару туш оленьих, обескровленных и все… – на этом трактирщик, как и паренек на воротах, понизил голос, – те, кто видел этих тварей, говорит, что это вообще непонятно что. Не волк, не кошка-ликс, не медведь.
Тара приподняла бровь, выразив свое скептическое отношение к словам трактирщика.
– Можешь не верить мне, – поджал он губы, – только к лесу подходить поостерегитесь.
– Так звери эти никого выходит не тронули? – спросила Тара, стараясь сохранять серьезное выражение лица. Её недоверие явно обижало собеседника.
– Как не тронули? – возмутился он сразу. – Такое тут было, ух… Наместник прислал требование – найти ему белую сосну. И вознаграждение за нее такое… в столице можно весь Тсам-Храйдс шиковать. Вот народ в лес-то и двинулся. И началось… То одного с разорванным горлом найдут, то другого. Нам-то показалось сначала, что они только на фэйри нападают…
– А фэйри в Нумайире живут? – решила уточнить Тара, так как пока кроме своих спутников других их соплеменников не заметила.
– Жили, – хмыкнул трактирщик, – да сбежали все после этого… Ты слушай. Зверьё-то восьмерых задрало, да всех из лесу сдуло. И тогда эти твари стали подбираться к городу.
– А наместник что? Вы к нему отправляли за помощью?
Трактирщик только рукой махнул и цокнул:
– А что наместник? Отправляли и помощи просили. Да толку-то? Со зверьми лесными, говорит, сами справляйтесь. Чай, оружие есть, охотников хватает. Идите, говорит, добывайте шкуры.
Тара обернулась посмотреть, что там поделывает остальные. Близнецы дисциплинированно ждали за столиком, как два школяра, которых на днях высекли розгами, и они стараются изо всех сил показать, какие они на самом деле прилежные. Линт же, замерев на полпути, крутил головой, рассматривая стены и потолок, с таким выражением на лице, что она все поняла, но тут же появилось нехорошее предчувствие.
– Дальше что? – спросила она трактирщика, решившего было, что она потеряла к его байкам интерес.
– Твари эти на закате и напали, прорвались в город через ворота. Там всего двое стражников было. Обоих порвали… кровища так и хлестала. Говорят, одному ногу оторвало. Он бедняга все отползти пытался. Я-то не видел, но рассказывали такое! Кровь в жилах стынет. Я-то только крики слышал. Вот двоих стражников они разорвали, пьянчужку Роя, что домой возвращался, сыновей сапожника, которые на вопли выскочили к воротам… Говорят, там и никто ничего сделать не успевал. Повернется и все… только что-то черное, косматое, безносое и глаза красные. Одно слово – страхолюдина какая-то. Никакие не волки это.