Калиад’эл резко выдохнул, провел ладонью по лицу.
– Ты думаешь, я этого не понимаю? – в голосе его прозвучала досада. – Без Равновесия Альвхайденгард держится только на шатких договоренностях и страхе перед мощью оставшихся Великих Дворов. Мы собираем расколотый сосуд, а трещины в нем продолжают множиться. Гибель Эльлисара и Исход не излечили нас. Но невозможно вечно держать всех в страхе. Это слой пепла на горячих углях – дунь и пламя разгорится.
Он умолк, как будто не завершив мысль, а Эйверин поняла. Он уже искал способ сплотить фэйри снова, заставить забыть старые конфликты. Но решения не было. Может быть, пока не было. А может, не было вообще, в принципе.
Почти бесшумно открылась дверь, и в кабинет скользнул Шеолан’эл. Удивительно вовремя, ведь буквально только что они вспоминали о Тени.
– У меня есть новости, рэйн Калиад’эл, – проговорил он, – мне жаль, но я не оправдал твоего доверия.
Эйверин’айт внутренне содрогнулась. Ему было дано поручение допросить Норвайн’эла, поговорить, чтобы узнать правду о произошедшем. Что могло пойти не так?
– Говори.
– Норвайн’эл, или тот, кто выдавал себя за него, сумел сбежать.
Калиад’эл с некоторым изумлением посмотрел на него. Эйверин’айт не сумела сдержать вздоха.
– Этот фэйри умеет открывать переходы, – проговорил Шеол, голос его звучал ровно, – когда я и другие фэйри Двора Тени пришли за ним, он попытался уйти сразу, но был перехвачен в пределах Айлу’эл’энди. Тогда он в первый раз открыл переход, короткий, на нижние уровни дворца. Он добрался до подземного прохода, который соединяется с пещерами, которые тянутся на многие тысячи шагов под Кэл’эстрией. Мы ничего не знали о них…
Шеол сделал паузу, как будто желая, чтобы все присутствующие уловили смысл сказанного.
– Именно там он открыл переход. Это был каскад. Его след… – он снова умолк. – Пещеры под Айлу’эл’энди в структуре своей имеют много частиц железа. Я думаю, поэтому мы до сих пор не знали о них.
– Но кто-то явно знал… – пробормотал Калиад’эл. – И он открыл там портал?
Шеолан’эл коротко кивнул:
– Мы потратили время, пытаясь разобраться в каскаде, снять след. Но, к сожалению, это невозможно. Железо подавляет магию. И след пропал слишком быстро. После нам потребовалось время, чтобы найти дорогу в Айлу’эл’энди, – признал Шеол, – однако в тех же пещерах, откуда он ушел, мы нашли кое-что еще, что навело меня на мысль, что этот фэйри – не Норвайн’эл из Двора Цветения.
Он сделал паузу, давая понять, что это важнее всего сказанного ранее.
– В тех пещерах лежало тело фэйри. Судя по всему, оно пролежало там ни один год.
Эйверин’айт напряглась.
– Ты хочешь сказать…
– Я думаю, что вам стоит взглянуть самим, – проговорил Шеол.
Они шли по лестнице вниз, оставляя позади свет верхних уровней. Каменные ступени были широкими и прочными, но время и влага оставили на них свой след – кое-где камень покрывала едва заметная пленка сырости. Воздух с каждым шагом становился прохладнее, а тишина вокруг – все гуще.
На одном из поворотов Вальтар’эл протянул руку Эйверин’айт, чтобы помочь ей спуститься по чуть неровным ступеням. Она приняла жест без лишних слов – не из-за страха, просто не хотелось рисковать, оступившись в темноте.
"Переход…" – она неотрывно смотрела на Шеолан’эла, пока они спускались все ниже, размышляя о том, что это могло значить.
Магия Перехода была талантом Двора Сумерек, но Двор Сумерек был истреблен задолго до конца Черной Эпохи и Исхода. После – эта магия неожиданно всплыла снова, но среди фэйри Альвхайденгарда полноценно владели ею лишь трое.
Один из тех, кто ей владеет, сейчас шагает впереди. Файрин Альвхайденгарда, чьими силами были спасены остатки когда-то многочисленного народа фэйри из умирающего Эльлисара, который они сами и погубили.
Второй был очень далеко отсюда. И она была глубоко уверена, что он тут не при чем.
Третий… Сложно представить рэйна Арлайн’эла… в подобном амплуа, как бы ни хотел файрин Двора Осени досадить Алин’юйт, он не стал бы делать подобного… Во всяком случае, она на это надеялась.
Эйверин’айт все глубже погружалась в неприятные мысли.
Сильнее перехода её беспокоило иное…