– Привет, – сказала Тара.
Лайрин вздрогнула, повернулась, готовая то ли драться, то ли кричать, увидела Тару, опустила глаза и тихо ответила:
– Привет.
На лице фэйри и следа не осталось от ночных приключений. Только полоски розовой кожи на запястьях и подживающие ожоги, покрытые коркой запекшейся крови, напоминали о том, что случилось. Это все внешне. А что теперь творилось у Лайрин в душе? Какие мысли были в голове?
– Удалось поспать? – спросила она.
Фэйри неопределенно кивнула, потом ответила:
– Как-то не очень хочется. Вон, – она указала на тушки кроликов, – я немного еды раздобыла. Но костер пока мы с Даром решили не разводить.
– А где он, кстати? – Тара окинула взглядом их убежище.
Лошади, все четыре, стреноженные и привязанные для надёжности, паслись неподалеку. Вещи вроде тоже были все здесь. Но брата Лайрин видно нигде не было.
– Ругаться не будешь? – почти шепотом спросила Лайрин, оглядываясь на Линта'эла, все ещё спящего в нескольких шагах от них.
Тара пообещала, что не будет.
– Он проверить пошел... Ну, этих... Людей. Действительно они ушли в другую сторону. На всякий случай.
Тара напряженно посмотрела на фэйри.
– Давно он ушел?
– Да здесь я уже, – Дар вышел из-за ёлок с охапкой хвороста, недовольно зыркнул на сестру и процедил сквозь зубы: – говорил же молчать. Могла сказать, что за дровами ушел.
Лайрин понуро потупилась.
– Сразу скажу, – предупредил он вопросы Тары, – нет там никого на той полянке. Они ушли. Не знаю когда. Кострище уже почти остыло. И, да, ушли они на север. Как Линт и запустил наш след. Знаешь, очень правдоподобно запустил. Если бы не знал, что он из Двора Ночи, решил бы, что это явно делал Шепот, – потом махнул рукой, поймав вопросительный взгляд Тары, – да не обращай внимания. Это так... Ну, ты представляешь, там, в грязи даже отпечаток твоего сапога есть и лоскуты моей одежды!
– Он же всякой магией владеет, я же говорила, – неохотно отозвалась Лайрин.
– Ну вот, нам переживать не о чем. Можно и костер развести.
– Они все ушли? И телегу уволокли? – уточнила Тара.
– Телегу, да. А так не все. Одного там схоронили. Я могилу нашел. Наверное, того, которому ты шею сломала.
Фэйри вздрогнула, кинула взгляд на Дарвайна и Тару, снова потупилась, встала и побрела вдоль склона, опустив голову.
– Справишься здесь сам? – спросила Тара.
Дар пожал плечами: мол, а что ещё остаётся.
Лайрин нашлась сидящей на камне шагах в двадцати. На этот раз она услышала, как Тара подходит, загодя, повернулась и посмотрела на нее.
– Можно я с тобой здесь посижу? – спросила она фэйри.
Лайрин кивнула и подвинулась. Не то чтобы с камня открывался какой-то особенный вид – густой еловый лес, снующие по деревьям белки и птицы, с опаской присматривающиеся к двум незнакомым им живым существам.
– Тара, скажи мне... Я очень бесполезная? Да?
– Что?!
– Ведь это правда. Линт освободил нас всех, а ты за нас дралась. Даже Дар сумел что-то сделать и помочь. А я... – она шмыгнула носом, стараясь не заплакать, – я даже себя защитить не могу.
– Лайрин! Да ты что?! С чего ты взяла, что бесполезная-то?
– Мы с Даром – просто недоросли-фэйри. Бестолковые. Только я ещё более бестолковая, чем он. Ничего бы вы не потеряли, если бы меня вчера просто прибили.
Ее голос дрогнул. Она замолкла. По щекам потекли слезы.
– Лайрин, – Тара обняла её за плечи и сказала как можно мягче, – мы бы потеряли тебя.
– Я – бесполезная, – фэйри разрыдалась, закрыв лицо руками.
– Да ты единственная, кто из нас четверых думает о том, чтобы всех накормить, как и где мы будем спать, и ведь это ты первая подумала, что надо мне сказать тогда в деревне про вин'эсаль. К тому же, кто мог предположить, что нам придется столкнуться с подобным.
– Но я толком ничем не могу помочь в драке. И лечить я не умею, – фэйри несколько раз всхлипнула, потом внезапно успокоилась и посмотрела на Тару округлившимися глазами: – откуда ты знаешь про вин'эсаль?!
– Линт рассказал недавно.