Почему-то близнецы его совету следовать не захотели. Дар тут же решил, что для приготовления обеда дров как-то маловато, а Лайрин сделала вид, что уж очень увлечена разделыванием кроликов. Линт удовлетворенно кивнул, как бы говоря: “Ну вот, так я и думал. Только на всякие глупости вас и хватает”, – встретил вопросительный взгляд Тары и сказал:
– Пойду к ручью, умоюсь.
– Вот и шел бы сразу умываться, – пробормотала Лайрин, – а то как ни проснешься, вечно в гадском настроении.
Он остановился на полушаге, повернулся к ней и произнес:
– Вы, дети, родившиеся после Исхода, никогда не видевшие Эльлисар, даже представить себе не можете, сколько страшных несказок может рассказать тот, кто родился в конце Черной Эпохи. Жаль, кажется, Эйверин’айт не нашла времени вам объяснить, что не так с вашими страшилками про шайсаров.
Развернулся и зашагал прочь, не оборачиваясь.
Обедали с удовольствием. Правда, к мясу не нашлось даже морковки. Хотя Линт извлек из своего дорожного мешка пару горстей сушенных яблок и немного соли в похлебку. А Лайрин набрала мяты и нарвала листьев дикой малины. И чай был весьма неплох.
Лес не казался опасным, или скрывающим что-то действительно страшное. Солнце сияло, пели птицы и ни на какую мертвую тишину не было и намека. Этой ночью даже если бы вокруг них кружила целая стая каких-то тварей, было бы не так страшно, как снова попасться Беспалому Нику. Тара была уверена, что второй раз наемник не будет пытаться везти фэйри к леди Касс, а сам быстро и без колебаний перережет их всех четверых.
Её все также удивляла невероятная беспечность близнецов, так запросто рассказывающих с одной стороны какие-то нереалистичные страшилки, а с другой…
– Линт, – спросила она потихоньку, – ты думаешь, эти твари в лесу, напавшие на город это…
– Не знаю, – он не дал ей договорить, – но если бы был смысл помолиться Истоку, я бы помолился о том, чтобы это было не так. Да я бы об этом и в храме хортландского Творца помолился…
И Тара поняла, что все может оказаться даже слишком серьезно, и что вопросы, внезапно целым скопом возникшие у нее касательно прошлого фэйри, начиная от Войны Дворов и заканчивая двумя лунами благословенных земель фэйри, которые Лайрин упомянула, стоит приберечь до более спокойных времен.
Тара. Глава 35, в которой ночь становится темнее и холоднее…
– В Нумайир нам возвращаться нельзя, – Тара посмотрела на спутников. – Наверняка, как только Ник обнаружит, что идет по ложному следу, он вернется туда в первую очередь.
После этих слов Лайрин сразу приуныла. Напоминание, что опасность, которой они избежали, может быть ещё не позади, её явно удручало. Дарвайн тоже сразу как-то притих. Линта’эл же промолчал, занятый своими мыслями.
Тара продолжила:
– Если идти на юго-запад, мы выйдем на дорогу, которая проходит из Эритии через Грозовой хребет. Она приведёт нас прямо к столице.
– Эти люди… – Дар как будто сомневался в том, что говорит, но в то же время не мог молчать, – я так и не понял, чего они хотели. Но то, что они сделали ведь… хмм… похуже, чем воровство, в котором меня обвинили тогда, в Тирлине? В столице же можно как-то… что-то сделать?
Линт усмехнулся, очнувшись от своих мыслей. Тара же помрачнела, представив, как это будет выглядеть: обвинение из её уст и уст фэйри в адрес наемников леди Эвандры Касс и в адрес самой миледи. Но это, безусловно, было не просто хуже, чем воровство. И она ощутила необходимость для самой себя предстать перед той, под чьим командованием провела целых семь лет, и задать ей, глядя в глаза, все беспокоящие её сейчас вопросы.
– В столице, – сказала она, – будет проще защититься. Там не нападут открыто. Могут попытаться сделать, как в Истхине.
– Ты же их знаешь, верно? Тот, у которого на руке пальцев нет, он даже говорил с тобой в трактире. И потом… Я все слышал. Он… – под конец Дар смешался и замолк, встретившись с взглядом Тары.
По всей видимости, причины того, что она помрачнела в считанные мгновения, он понял неправильно.
– Послушайте меня, – сказала она спокойно, и окликнула фэйри, отвлекшуюся на лошадей, – Лайрин... ты тоже. Надо, чтобы слышали все! И все уже решали, что думать.