Несколько минут а, может часов прошли в тягучей тишине, в которой слышались только их дыхание и шорох леса. Тара очнулась, когда ей показалось, что время просто стоит на месте, а они здесь уже целую вечность. Она медленно тронула Линта за плечо. Фэйри вздрогнул и посмотрел на нее. Его взгляд показался ей сначала наполненным какой-то злостью, но мгновенно смягчился, стоило ему осознать, кто с ним рядом.
– Его надо похоронить, – наконец тихо произнесла она, нарушая молчание. И ощутила, будто что-то кольнуло в сердце, спросила: – как его звали?
В его глазах отразилась бездонная тоска.
– Сэлэми’эл, – ответил Линт очень тихо.
Тара кивнула, переведя взгляд на тело.
– Сэлэми надо похоронить, – сказала она, неожиданно для самой себя, укоротив его имя. Почему-то показалось, что так надо. Как будто этот погибший фэйри близок и ей. Секунду назад у него не было даже имени. А сейчас…
Она провела рукой по лицу, пытаясь прогнать странное чувство. Что-то необъяснимое шевельнулось в её душе, будто она ощутила оборванную нить, связывавшую её с этим мёртвым. Откуда это могло взяться?
– А ещё найти Лайрин и Дара, – добавила она.
Линт судорожно вздохнул, прикрыл глаза ладонями, но лишь на пару мгновений. Потом кивнул и, заметив, что Тара собирается сделать, сказал:
– Я сам… Это должен я…
Она не стала спорить. Лишь, когда Линта’эл поднялся, держа на руках тело, Тара поддержала его под локоть, а потом показала вперед, вдоль склона, где она заметила более пологое место, и где можно было подняться с их ношей.
А дальше был путь. Эти пару сотен шагов они преодолевали уже в четвертый раз за эту ночь. Но сейчас расстояние, казалось, увеличилось в несколько раз.
Мигнул и потух огонек. Линт бросил на Тару беспомощный взгляд. Она и так догадалась, что он исчерпал свои силы до предела, качнула головой и сказала:
– Я пойду впереди. Обойдемся и без света.
И в этот момент, словно решив, наконец, что все страшное позади, из-за туч выглянула луна. До полнолуния Тсам-Храйдс оставалось всего ничего. А потому успевшая подняться высоко над лесом, она сразу осветила им путь.
Идти стало легче.
Лайрин первая заметила их, выскочила откуда-то из кустов, кинулась навстречу, у нее в руках была седельная сумка и плащ Тары.
– Ой! Вы вернулись! Наконец-то! Все в порядке? – зачастила она, но умолкла, заметив, что Линта’эл несет мертвого фэйри. – Это кто? – вырвалось у нее.
Линт просто прошел мимо, не взглянув в её сторону. И Лайрин тут же притихла.
– Где Дар? – спокойно спросила Тара.
– Я тут, – он появился с другой стороны с вещевыми мешками и седельными сумками, угрюмо кивнул на них и сказал: – вот… что удалось там собрать…
– Лошади? – снова спросила Тара тем же тоном.
Дарвайн покачал головой, нахмурившись ещё сильнее.
– Идемте, – коротко сказала близнецам Тара, – надо найти место подальше… от этого всего.
Она не хотела даже идти смотреть, что случилось с лошадьми, понимая, что явно ничего хорошего, и была благодарна сейчас им за то, что успокоились, не дрожали в кустах, как зайцы, до самого их возвращения, а подумали о насущном.
Тара взяла из рук Лайрин свой плащ, догнала Линта, не успевшего, правда, уйти далеко. Он понял её без слов, и вдвоем они завернули мертвое тело в её плащ. А потом Линт позволил ей взять на себя его ношу. Все это произошло само собой, они не произнесли при этом ни звука. Лишь когда Тара поднялась на ноги, он проговорил:
– Там есть место… откуда хорошо видно звезды.
Поляна оказалась небольшой, но удивительно ровной, словно природа специально создала это место для отдыха или размышлений. С нее, расположенной на небольшой возвышенности, открывался вид на ночное небо, пока ещё покрытое тучами, в прореху между которыми поглядывала луна и некоторые, особо яркие звезды. В центре росло одинокое дерево с раскидистыми ветвями. Густая трава слегка серебрилась в лунном свете.
Земля была влажной и мягкой, но все равно выкопать достаточно глубокую могилу не получилось. Было просто нечем. Чтобы как-то это компенсировать, Дар вызвался сам и натаскал камней.