Беспалому больше нечего было делать в провинции. Беглецов он упустил. А в столицу ему надо попасть к Тсам-Храйдс, до которого оставались считанные дни. Леди Касс велела прибыть за день до праздника. А приказы Ник исполнять умел.
Через два дня Беспалый с оставшимися двумя своими людьми добрался до крайних предместий столицы.
Деревеньки здесь липли к тракту, словно мухи. Из одной выезжаешь, в другую попадаешь. И каждая стремится выставить перед путешественниками хоть что-то, на чем можно было бы заработать несколько нуммионов. Так что порой по обеим сторонам тракта разворачивался полноценный рынок, а там, где люди были предприимчивее и богаче, сменяли друг друга трактиры и постоялые дворы.
И Беспалый, считавший, что добычу свою он упустил, даже удивился, когда заметил короткостриженную светловолосую девицу в мужской одежде у околицы одной из деревень, а рядом с ней и троих фэйри, то есть всех, кого упустил в лесу.
Вездесущий Творец, в волю которого, как ни крути, Ник верил, подарил ему ещё один шанс прийти к леди Касс не с голым предупреждением, но имея при себе колдуна-фэйри, от которого можно получить те самые нужные миледи сведения: что на самом деле может магия фэйри, кроме пресловутого вин’эсаль, фокусов и какой-то полезной только всяким крестьянам ерунды.
Когу и Норсу он велел не высовываться. Сам же некоторое время наблюдал за этими четверыми. В прошлый раз Беспалый сильно недооценил их, обычно хлипких и трусоватых фэйри.
Теперь же он кое-что понял. Всерьез обсуждали что-то Тара и черноволосый, устроивший ложный пожар, по всей видимости, призвавший насекомых и испортивший магией железные кандалы и веревки. К остальным двоим относились явно как к младшим. Беспалый ещё немного повспоминал как развивались события той злополучной ночи, и решил, что его суждение верно. Колдун и Тара по какой-то причине опекают этих двоих.
– Решили остановиться не на постоялом дворе, а попросились на ночлег в деревенский дом? – хмыкнул он, проследив за тем, куда они пошли. – Умно. Чтобы, значит, внимания не привлекать. Но так и проще будет…
***
Тара, действительно, предложила поискать ночлега в самой деревне, а не на постоялых дворах с кричащими вывесками. Их внешний вид теперь, после всех лесных приключений, сильно контрастировал с платежеспособностью. Это и впрямь могло привлечь ненужное внимание. Откуда у таких оборванцев, а выглядели они примерно так, серебро? А у Дара, как оказалось, ещё и с десяток золотых талеров завалялся в седельной сумке.
Дворик крестьянского дома, куда их пустили на ночлег, выглядел ухоженным, хоть и не богатым. Низкий плетень ограждал небольшую территорию, где виднелась клумба с простыми цветами – ноготками и бархатцами. Поодаль, за домом, стояла старенькая телега, на которой лежали связки дров и мотки пеньковой верёвки. У забора несколько кур деловито копошились в земле. Сам дом, сложенный из дубовых брёвен, казался надёжным, хоть и невысоким.
– За трёшку меди пущу в сарай, – проворчала хозяйка, вытирая руки о передник, и добавила, обводя взглядом их потрёпанные одежды: – А за двушку ещё и поужинаете. Пшёнка с курятиной.
Тара кивнула с благодарностью и отсчитала монеты.
Крестьянка показала им на сарай, где они могут расположиться, и ушла в дом. Когда за ней закрылась дверь, Тара проговорила, глядя на Лайрин и Дарвайна:
– На самом деле сейчас, после всего, я бы отправила их в Альвхайденгард, – Тара перевела взгляд с близнецов на Линта’эла, – если, конечно, это действительно возможно.
Лайрин опустила глаза, а Дар нахмурился, поджав губы. Спорить они не собирались, но то, что сказала Тара, им не нравилось. На их лицах ясно читалось разочарование, а в глазах была обреченность.
– Домой? – пробормотал Дар, словно пробуя слово на вкус, как что-то чуждое и непривычное.
Лайрин, наконец, подняла голову, в глазах юной фэйри застыли слезы.
Таре стало их жаль. Но она видела в этом единственный правильный и безопасный выход, учитывая, чем обернулась их увеселительная прогулка по Хортланду. Она бы и Линта’эла отправила следом за близнецами. С момента столкновения со странными явно потусторонними тварями в лесу они почти не разговаривали. Но она прекрасно понимала, что все это время все его мысли были о шайсарах и смерти фэйри по имени Сэлэми’эл. И что что-то в этом было такое, от чего Линт ни за что сейчас Хортланд не покинет.