Совсем молодая девка, как оказалось при ближайшем рассмотрении. Просто не тонкокостная, и плечи широкие, да талия не перетянута корсетом. На такой бабе бы пахать да пахать. А она туда же. За меч.
У девицы были светлые обрезанные до ушей волосы и серые глаза, веснушки на носу и щеках и черты лица деревенской простушки.
И трактирщик почуял, как запахло легкой наживой. Как почуял, так и скис, как только девица выложила на стойку медный жетон.
Наемница. Настоящая. Прошедшая обучение, состоявшая в регулярном войске, побывавшая на войне с Узмиром и покинувшая наемников по собственному желанию, а не потому, что войско распустили. Имеет право наняться в охрану купеческого обоза или где-нибудь в городе к местным толстосумам. И даже если она убьет кого по долгу службы, спроса с нее никакого не будет.
Вот это для бабы редкость.
– Если ты ищешь работу, то опоздала, – на самом деле трактирщику захотелось отвязаться от девицы, так же, как только что он мечтал отделаться от надоедливого фэйри, замучившего его расспросами, – два купеческих обоза как раз вчера набрали охрану. Хотя... можешь пойти попроситься к ним. Поварихой возьмут.
Заметив, как изменилось выражение лица девицы, он замолчал, пожевал губами и сказал:
– Ну, вон еще фэйри, – ткнул пальцем туда, где с самого утра сидели двое нелюдей, – ищут себе проводника в Хортланде.
Четверо таких же наемников и двое авантюристов до нее после этих слов просто разворачивались и уходили. Один все же завел с фэйри разговор. Но почему-то у них не сложилось. Вот тот, что пришел с вопросами и шкатулкой, кстати, перекинулся с ними парой слов. Правда, и там диалог вышел короткий, и, кажется, они расстались в некотором недовольстве друг от друга.
Так что девица тоже посмотрит да и пойдет своей дорогой. А этим к вечеру надо будет сказать, чтоб тоже шли. В его таверне комнат не сдается. Пусть проваливают. А то что-то много их стало прямо-таки повсюду.
Но белобрысая девица посмотрела на уже явно приунывших фэйри с интересом. А потом и вовсе подошла к их столику.
Ну, тоже неплохо. Заключат контракт, трактирщику заплатят, как положено, два серебряных талера.
***
Тара никогда не бралась за заказы, которые так или иначе были связаны с убийством. Это касалось и тех, что передавались анонимно в тавернах гильдии, и тех, с которыми заказчик обращался непосредственно напрямую к наемнику. Дело было не в риске. И не в правосудии. Первое – для наемника обычное дело. От второго при заключенной на бумаге сделке наемник был гарантированно защищен. За убийство отвечает только заказчик. Наемник, состоящий в гильдии, перед законом чист.
В эту же категорию она относила те случаи, когда кто-то нанимал больше десятка людей, вооруженных и умеющих этим оружием пользоваться, без четкой цели. Так собирали дополнительную силу в банды для какого-то большого дела.
Убивать ей, конечно, приходилось. Первый ее раз в войну Хортланда с Узмиром, ничего, кроме отвращения и ужаса у нее не вызвал. Но она была частью наемной армии леди Эвандры Касс. Ее к этому готовили и учили сражаться несколько лет. Это было ее… работой, от которой она не могла отказаться.
Товарищи по оружию, если так можно было назвать наемников, тогда говорили, что девка она молодая, привыкнет и войдет во вкус, ей даже понравится. Дерек даже стал таскать ее с собой на всякие вылазки и диверсионные миссии чаще, чем остальных. Чтобы привыкала. Она привыкла. Но во вкус не вошла. И убийство, любое, продолжало вызывать у Тары отвращение. Если была возможность, она всегда оставляла противника в живых, кем бы он ни был. Убить можно, защищая свою жизнь, защищая жизнь других людей. Но убивать просто так, даже за деньги, ей претило.
Тому, кто когда-то вбил в ее голову эту истину, она с переменным успехом была то благодарна, то в глубине души злилась, потому что наемницей-то она стала, даже воевала в Узмире, получила знак гильдии, а вот принципам до конца изменить никак не могла. Только вот ни легендарной армии, ни каких-то великих деяний, которые бы оставили такой след, что и через полвека в Нимидии и Узмире вспоминали Черных Медведей Лотара Железного Рога, она свершить не могла и не стремилась.
Потому что и наемницей, пожалуй, никогда не мечтала становиться. Все также благодаря полученным когда-то принципам от человека, который стал легендой своего времени и о котором до сих пор вспоминали, хоть со времен его подвигов прошло больше сорока лет.
Но если наемник, мужчина, заработав на этом, немилом ему деле, достаточно золота, может прикупить земли, а иной раз и дворянство, оплатить свой выход из гильдии, осесть и забыть о пыльных дорогах Хортланда, то для наемницы все куда сложнее.