Женщина может быть дворянского происхождения по рождению. Но купить его, как мужчина, она не может. Потому как дворянство, титул и земли все равно передаются только по мужской линии, от отца к сыну. Исключением является лишь королевская семья, по понятным причинам – возможность передать корону дочери, бастарду, внуку или племяннику, за неимением прямых потомков, но лишь представителю последующего поколения, оберегала Хортланд от междоусобных войн, последняя из которых отгремела полтораста лет назад, когда родной сын короля, принц Теориан, сражался за трон с собственным дядей, но так и не смог отстоять свое право на престол. Корону после его смерти, для его сына отвоевала родная сестра принца.
В любом случае, Тара не была аристократкой по рождению, купить титул она не могла. Заработанного еще в Узмирской кампании хватило бы чтобы купить надел с домом и хозяйством. Только вот она прекрасно знала, что Хортланд – не Вольные земли, и одинокая женщина, внезапно обзаведшаяся хозяйством, станет еще той красной тряпкой для всех “быков” округи. Таких не любили, о таких судачили невесть что, такие становились в глазах окружающих ведьмами и изгоями.
То есть, пока наемница носит меч и знак гильдии, отношение к ней почти ровное, хотя все равно поглядывают с некоторым презрением – баба с мечом, куда это годится. На ней бы пахать, ей бы детей рожать.
А когда та же наемница как раз начинает пахать и хотела бы, возможно, когда-нибудь рожать детей, она тут же становилась шлюхой и солдатской подстилкой, и дел с ней никто никаких иметь не хотел.
Было еще одно исключение. Когда товарищи по оружию сочетались браком, а потом уже покупали титул, землю, хватало даже на замок. А о бароне и баронессе уже особо не посудачишь.
Только и это исключение было почти сказочным. Поговаривали, что кто-то когда-то где-то лет десять назад… Только ни имен, ни войска, ни нынешнего аристократического имени никто назвать не мог. Но об этом было приятно помечтать иногда ночью у костра с тем же Дереком. Земли, замок, баронский титул… Правда, на последнем Тара всегда спотыкалась.
“Бароном быть пренебрегу” – было написано на простом стальном разрубленном надвое кольце, кое-как починенном не великого мастерства ювелиром, так, что слово “быть” оказалось затерто. И кольцо это она носила на цепочке под рубашкой. Для ее пальцев, пусть и огрубевших от оружия, оно было слишком велико.
Дерек же мечтал о титуле, замке, крестьянах, собственном маленьком баронском войске, баронских междоусобицах и даже турнирах в Лексхэйвене, столице Хортланда.
Все это осталось мечтами. Приятными, когда есть с кем об этом мечтать. Но не более того.
И Тара все жила жизнью свободного наемника скорее по инерции, вроде бы и желая как-то изменить свою жизнь, но не представляя, как это сделать. Единственное, что она умела – хорошо управляться с мечом, арбалетом и кинжалом, выстраивать тактику боя, рассчитывать только на свои силы, если нет уверенности в соратниках, и пользоваться умениями и навыками соратников, если они чего-то стоят.
Она знала, к чему такая жизнь, в конце концов, приведет. Но пока это было ее место под солнцем Хортланда. Она нанималась в охрану обозов, в телохранители к купцам на короткий срок. Но вот с фэйри дел иметь еще не приходилось.
Конечно, невозможно жить в Хортланде и никогда не видеть фэйри. Естественно, она их видела и неоднократно.
А эти еще и выглядели слишком не соответствующе общей обстановке трактира, да и всего Лекснхарпа.
Они были слишком… яркие что ли. И дело даже не в одежде или внешнем виде, хотя и то, и другое бросалось в глаза. На них были туники ярко-зеленого цвета, практически одинаковые, как и сами фэйри, расшитые разноцветными нитями, впрочем, вышивка вполне сочеталась с цветом одежды, из-за ворота туник выглядывали воротники рубашек с похожей вышивкой, свободные штаны из плотной темно-зеленой ткани и невысокие, доходящие до середины голени остроносые сапожки с серебряными пряжками.
При приближении Тары, оба подняли на нее огромные по меркам людей, изумрудные глаза. Цвет был совершенно необычный. Конечно, людей с зелеными глазами полным-полно. Но по сравнению с цветом глаз этих фэйри, глаза людей можно было назвать зелеными весьма условно.
Оба имели русые вьющиеся волосы, доходящие до плеч.
Это все безусловно выделяло двоих фэйри из общего окружения. Пожалуй, даже несмотря на то, что одежда их, похоже, была удобной и вполне предназначенной для путешествий, не каждый аристократ мог похвастаться таким шитьем на своем самом дорогом камзоле.