– Там Орин! Ему нужна помощь…
Лайи в панике схватила подругу за накидку, но Мэй дёрнулась, освобождаясь. Ткань затрещала, и в следующий миг она практически вывалилась из кареты, чуть не упав прямо под ноги нападавшим.
Чудом её не зацепило – в пылу боя никто не обратил на неё внимания.
Прижавшись к карете, Мэй осторожно двинулась к Орину. Любит она его или нет – не имело значения. Он был ранен, и оставить его умирать здесь она не могла.
Вокруг бушевала схватка. Разбойники атаковали со всех сторон, нанося удары мечами, кинжалами и топорами. Солдаты герцога сдерживали натиск, пока успешно – лишь двое получили лёгкие ранения, если не считать Орина. Но численный перевес был явно не в их пользу.
Мэй ощутила, как карета содрогается от ударов. Лошади тревожно ржали, шаткая конструкция скрипела, и в любой момент её могли перевернуть. Лайи закричала, но её голос утонул в шуме битвы.
Девушка добралась до Орина, когда раздался новый звук, прорезавший шум битвы – глухой, ритмичный топот копыт. Кто-то мчался по дороге со стороны границы Альвхайденгарда. Звук приближался быстро, слишком быстро.
Всадники вынырнули из пыльной дымки, словно тени из чащи леса. Их лошади – тонконогие, черные, стремительные, двигались с невероятной грацией, будто не касались земли. Блеснули странные доспехи – не из обычного железа, а из стали с голубоватым отливом, ловящей солнечные блики.
Мэй замерла. Эти всадники не могли быть людьми.
Раздалась короткая, отрывистая команда на незнакомом языке. Мэй услышала её, но смысл ускользнул – как если бы кто-то произнёс слова на ветру, изменчивые и неуловимые.
Разбойники заметались. Те, кто ещё секунду назад сражался ожесточённо, теперь в панике бросали оружие.
– Бежим! – крикнул кто-то.
Раздался отчаянный возглас Иллана Триса, но Мэй уловила лишь одно слово: “Леди Лайи!”
Но Лайи ведь была в карете! Ей ничего не грозит!
Она резко обернулась, но прежде чем смогла осознать происходящее, услышала другой голос, принадлежащий вожаку шайки:
– Нам не платили, чтобы мы дрались с фэйри! – и в следующий миг исчез в чаще.
Всадники не преследовали беглецов. Они лишь остановились, окружив карету и оставшихся на дороге людей. Их лица не скрывали забрала, они носили открытые шлемы. И Мэй действительно увидела фэйри.
***
Мэй сидела на земле, дрожа от волнения, но все же с облегчением понимая, что все закончилось. Разбойники исчезли в лесу, оставив после себя только следы борьбы – нескольких раненых, брошенное оружие и поломанные ветки. Всё произошло так быстро, что она не успела до конца осознать происходящее. Единственное, что было ясно – фэйри их спасли.
Она тяжело дышала, чувствуя, как напряжение отпускает её, но почти тут же другая мысль пронзила сознание: Лайи!
Мэй попыталась обернуться к карете, но Орин в её руках застонал и затих. Девушка ахнула, почувствовав, как он обмяк. Сердце сжалось от страха. Он был так бледен, что казался почти мертвецом.
– Орин… – прошептала она, судорожно сжимая его руку, как будто могла удержать его в этом мире одной лишь силой воли.
Она приподнялась, пытаясь понять, дышит ли он. Слабая, едва уловимая пульсация под пальцами дала ей надежду. Но долго ли он ещё протянет?
В этот момент рядом с ней оказался Иллан Трис. Он стоял напряжённый, сжимая меч, и пристально смотрел в сторону всадников. Они не двигались, просто стояли молча, их странные доспехи из бело-голубого металла мерцали в солнечном свете.
Мэй вскинула голову и с тревогой спросила:
– А Лайи? С ней всё в порядке? Её не тронули?
Она прикусила губу, ожидая ответа, но воин Эритии не спешил говорить. Его лицо было напряжённым, мрачным. Он не сводил взгляда с фэйри, словно был не рад их появлению и тому, как все закончилось.
Это молчание пугало её.
Мэй собиралась повторить вопрос, но в этот момент дверь кареты тихо скрипнула, и знакомый голос, чуть дрожащий, но всё же твёрдый, нарушил тишину:
– Всё в порядке.
Мэй повернулась и увидела Лайи. Та выглядывала из кареты, её лицо было бледным, губы поджаты, но взгляд оставался собранным.
Мэй выдохнула с облегчением. Лайи жива, в порядке, с ней ничего не сделали.