– Спели… кажется, - проговорила она, - или нет, спелись. Как… поют в один голос.
– Ох! – Лайи в отчаянии уронила голову на руки.
Мэй позволила себе тихонечко вздохнуть. Подруга покосилась на нее и сдержала смешок.
– Ты ведешь себя ну прямо как домна Лунара. Она тоже всегда так вздыхала, когда у тебя не ладилось с вышивкой.
Девушка на мгновение замерла, осознав, что Лайи права, как никогда, и сама смущенно засмеялась.
– Я не хотела, правда. Давай еще раз объясню. “Эл” – это как наше “я”, “эл-а” – “мы”. Но “он” и “она” будет одинаково – “элин”. “Они” – “элин-а”. Фэйри не делают разницы между мужчинами и женщинами в речи…
– Поэтому, наверное, у них и покрой одежды одинаковый, – проговорила Лайи задумчиво, бросив взгляд на их с Мэй одеяния, – ну почти.
– Не знаю, – пожала плечами Мэй, – но, может, и впрямь это как-то связано.
– Эл-а ми-ри-ан-дар, – по слогам проговорила Лайи, записывая.
– Стой. Тут другая "р". Это ты обычную пишешь. А надо ту, которая журчит, как вода.
– О, нет! – Лайи положила перо и закрыла лицо руками, – у меня не получится никогда! Как ты все это поняла? Я не помню, чтобы рэйн Сивьен'айт говорила об этом?
Мэй задумалась, пытаясь вспомнить и понять: и вправду, а как? Нет, в самом деле, она хорошо помнит, что Сивьен'айт, фэйри, что учила их люмьери, говорила об этом. Как-то быстро и вскользь, но точно говорила. Мэй выучила все буквы и научилась читать буквально за пару дней. До понимания было еще далеко, но прочитать и понять некоторые правила построения слов и чередования букв она сумела сама, даже без посторонней помощи.
На удивление язык фэйри очень плохо давался Лайи, обычно намного лучше Мэй преуспевавшей в различных науках. Она путалась в буквах, в произношении, запоминала лишь те слова, которые повторяли несколько раз. Впрочем, кажется, у остальных девушек дела были немногим лучше.
– Говорила. Один раз. У меня просто очень хорошая память… – чуть рассеянно ответила Мэй. – Давай попробуем еще раз?
Лайи кивнула, снова взяв в руки перо. На мгновение замерла, вдруг заметив что-то в окне, но заставила себя сосредоточиться на задании. Мэй незаметно проследила за ее взглядом, и ей самой стоило некоторых усилий отвернуться.
Статная, изящная фигура Норвайн'эла была, наверное, создана для того, чтобы ею любоваться. Впрочем, первые дни у Мэй просто голова шла кругом от обилия всего красивого вокруг.
Из Луи'занэра они совершили еще одно путешествие, в Кэл'эстрию, столицу Альвхайденгарда. Само путешествие Мэй почему-то помнила плохо, хоть от него осталось ощущение чего-то чудесного и удивительного, но оно словно случилось во сне.
Быть может, усталость от дороги в страну фэйри, страх перед шайкой разбойников, жертвами которой они едва не стали, а потом спокойствие и уверенность в безопасности, которые она испытала в Луи'занэре, слегка одурманили и притупили восприятие.
Она могла вспомнить только экипаж, где поместились они все, все двенадцать девушек и трое сопровождающих их фэйри, удобные диванчики с подушками, на которых можно было устроиться лежа и прекрасные пейзажи, мелькающие за окном. Альвхайденгард изнутри был совершенно не похож на Бесплодный Брег, который описывали обычно как каменистый, холодный, обдуваемый северными ветрами и омываемый ледяными водами. Но сейчас она не могла воспроизвести в памяти ни одного четкого образа из того, что видела во время пути.
Возможно, это потому, что она дремала большую часть времени. Мерное покачивание экипажа убаюкивало. И вымотанная до этого долгой дорогой в тряской карете девушка просто не могла никак выспаться.
Зато Айлу'эл'энди, Дворец Лунной Девы, в котором им предстояло жить первое время, учить язык и обычаи фэйри, привыкать к своему новому дому, поразил ее в самое сердце и остался там навсегда. Она и не предполагала, что что-то может быть одновременно величественным, изящным и по-домашнему уютным.
Дворец словно вырос из самого света, застывшего в белом камне. Он был выстроен из материала, похожего на мрамор, но живого, сияющего мягким внутренним светом. В нем сплетались золотые и серебряные прожилки, и в зависимости от угла зрения казалось, будто они медленно переливаются едва уловимым свечением.
Галереи Айлу'эл'энди тянулись широкими, светлыми коридорами, уходя вдаль легкими арками. Их изгибы были так тонки и плавны, что трудно было поверить: перед тобой камень, а не застывший в вечном движении шелк. Высокие окна в узорчатых рамах открывали вид на цветущий сад.