Алин'юйт нежно коснулась сначала щеки Лайи, потом таким же легким движением провела по волосам Мэй, и, с улыбкой, покинула их, направившись вглубь сада. Норвайн'эл кивнув обеим по очереди и на пару мгновений задержавшись взглядом на Лайи, поспешил следом.
Ощущение всеобъемлющей любви, тепла и легкой эйфории, которую дарила фэйри при каждом своем появлении, покинуло Мэй не сразу. Они постояли какое-то время молча, и лишь чуть погодя двинулись вглубь сада.
– Лайи, а ты хотела бы увидеть страну фэйри за пределами Айлу'эл'энди? – вдруг спросила Мэй, не до конца понимая, откуда взялся этот вопрос.
Лайи посмотрела на неё с легким удивлением, словно не совсем улавливая смысл.
– Разве мы не в Альвхайденгарде уже? – спокойно ответила она. – Зачем покидать Айлу'эл'энди? Тем более мы всё равно выйдем отсюда, когда станем частью какого-то Двора.
Мэй на мгновение замерла, осознавая, что действительно не может вспомнить, как выглядит страна фэйри за пределами этих стен. Она знала, что за воротами простираются земли, принадлежавшие разным Дворам, что там есть города и леса, реки и холмы. Но её собственные воспоминания о них были странно размыты. Словно мир за границами Айлу'эл'энди существовал только в рассказах других, а не в её собственной жизни.
– Мэй, это ведь твои любимые? – вдруг сказала Лайи, кивая куда-то в сторону.
Мэй посмотрела в ту сторону и увидела раскидистый, остролистый куст, усеянный крупными бутонами небесного цвета. Его сиреневые листья шуршали на ветру, словно шелковые ленты, а сами бутоны были чуть приоткрыты, будто ждали чего-то.
Она увидела его ещё во время самой первой прогулки и тогда же заметила его странную особенность. Сделав шаг ближе, девушка наклонилась, и на её глазах ближайший бутон словно встрепенулся. Его лепестки дрогнули, потянулись наружу и начали раскрываться, как будто цветок чувствовал её присутствие.
Перед ней раскрылась чудесная картина: ультрамариновые лепестки расправились в полной красе, плавно переходя в насыщенный васильковый оттенок к краям, а в самом центре засветилась золотистая сердцевина, будто крошечное солнце вспыхнуло среди синего шелка. Запах меда и свежих трав окутал Мэй, пробуждая в памяти вкус сладкого напитка, который здесь называли нектаром нис.
– Как же он прекрасен… – прошептала она, не отрывая взгляда от цветка.
– Каэлин Мэй нравятся цветы л'уми? – раздался за их спинами негромкий голос.
Они резко обернулись. Совсем рядом, словно появился из воздуха, стоял Норвайн'эл. Его светлые волосы поймали солнечный свет, мерцая лёгкими бликами, а во взгляде читался привычный любопытный интерес.
Мэй почувствовала лёгкое удивление – она не слышала его шагов. Лайи же моментально смутилась, опустив взгляд.
Мэй коснулась кончиком пальца лепестка только что раскрывшегося цветка.
– Я никогда не видела таких растений. В Хортланде нет ничего подобного.
Норвайн'эл слегка улыбнулся.
– Они есть в каждом цветнике Альвхайденгарда, – он сделал странное ударение на слове "цветник", – мы привезли их с собой…
– С севера? – Мэй удивлённо подняла брови. – Там, во льдах, растут такие цветы?
Фэйри пристально посмотрел на неё, будто изучая, а потом с лёгким оттенком загадочности произнёс:
– Там, на севере, случается много чудес, каэлин Мэй. Хотите, я покажу вам одно из них?
Мэй задумалась. Ей хотелось согласиться – интерес подталкивал её сделать шаг вперёд, спросить, куда он хочет их отвести. Но стоило ей бросить взгляд на Лайи, как сомнение закралось в душу. Лайи выглядела напряжённой, но в глазах её светилась робкая надежда. Она слишком часто смущалась рядом с Норвайн'элом, и сейчас было очевидно, что ей хотелось бы прогуляться с ним наедине.
Мэй тоже нравился Норвайн'эл, но это было не то чувство, что испытывала Лайи. Она не ощущала влюблённости – ей было интересно с ним, хотелось понять его мир, но сердце её не замирало при виде фэйри, не ускользало в сладкую неясность ожиданий.
Она слегка улыбнулась и покачала головой:
– Я, пожалуй, откажусь. Я собиралась заняться рукоделием… А вот Лайи с удовольствием прогуляется.