Лайи вскинула на неё взгляд, но Мэй только ободряюще улыбнулась.
Норвайн'эл на миг задумался, затем с лёгким кивком протянул руку:
– Каэлин Лайи, мне польстит твоё общество.
Лайи судорожно вздохнула, её пальцы чуть дрогнули, когда она приняла его приглашение.
Мэй посмотрела им вслед со смешанным чувством. Она не могла понять, правильно ли поступила, поддавшись порыву и позволив Лайи остаться наедине с Норвайн'элом. В моменты, когда фэйри находился рядом, у нее и мысли не возникало о недоверии. Но сейчас сердце неприятно укололо.
Мысли теснились в голове. Первая была немного грустной: что если Лайи ждет разочарование? Ведь вполне вероятно, что сам фэйри не испытывает к ней никаких романтических чувств? Для Лайи это будет удар. Она хорошо воспитана и скроет это от посторонних. И Мэй дала себе обещание, в любом случае быть рядом во что бы то ни стало. Еще раз, хоть уже обещала это герцогу Виладию и домне Сердженции.
А что будет, если Норвайн ответит Лайи взаимностью, но отдадут ее кому-то другому? В другой Двор? Возможно ли такое? В Хортланде это было бы в порядке вещей. Девушек из благородных семей выдавали замуж по выбору их родителей, не придавая значения их чувствам к кому-либо. А здесь? Как поступают с каэлиндаэ фэйри?
"Надо будет обязательно кого-то спросить об этом", – решила Мэй. И на этом немного успокоилась.
Она вновь взглянула на цветок и вдруг почувствовала странную, пустоту внутри.
Только это не было что-то печальное или неправильное. А словно наоборот, она освободила часть себя, и теперь могла заполнить ее чем-то, что будет принадлежать только ей.
Она замедлила шаг, задержавшись возле куста с цветами л'уми. Лепестки продолжали раскрываться, впитывая солнечный свет. Их золотистая сердцевина мерцала мягким свечением.
– Чего бы я хотела сейчас? – тихо спросила она себя.
Ответ пришёл неожиданно: Мэй вдруг поняла, что хочет попробовать прочесть что-нибудь на языке фэйри. В конце концов, она уже выучила их буквы, знала несколько слов. Конечно, это было смелым решением. Она и сама понимала, что ее знаний наверняка не хватит, чтобы по-настоящему прочитать и понять. Но просто попробовать, как это. Возможно, прочесть что-то вслух и послушать, как звучит ее собственный голос, произносящий слова на люмьери.
И Мэй направилась в библиотеку.
Она шла по залитым светом коридорам Айлу'эл'энди, наслаждаясь доносящимся из сада щебетом птиц и легким ветерком, проникающим сквозь распахнутые окна.
Воздух в библиотеке был наполнен тонким ароматом корицы и как будто какого-то древесного сока. Стеллажи с книгами уходили ввысь, по стенам стекали причудливые вьющиеся узоры – то ли резьба по дереву, то ли тонкие переплетения живых растений.
Мэй провела пальцами по корешкам. Их заголовки были написаны изящными символами, сложными и красивыми. Некоторые она даже смогла прочитать, но пока не понимала написанного. Она едва цеплялась за знакомые буквы, словно ловила лепестки в потоке ветра.
Она искала что-то не слишком сложное.
Наугад она взяла и пролистала несколько из них, пока, наконец, её взгляд не упал на книгу, выделявшуюся среди других.
На кожаном переплете был тисненый рисунок – жеребец, вставший на дыбы, под ним название, из которого Мэй сумела понять слово "фэйри" и еще одно слово, часть которого можно было бы перевести, как "рассказ" или "история".
– Наверное, это сказки, – догадалась она.
Хотя, наверное, истории с магией у фэйри могли быть чем-то совершенно обыденным. Просто историями из жизни.
Она устроилась на низенькой кушетке, стоящей у окна, такого же высокого, как везде в Айлу'эл'энди. Здесь было достаточно света и воздух был свежим. Совсем не похоже на библиотеку в замке Эрития, где старались, чтобы света было меньше, потому что он вредит книгам, но из-за этого в помещении было сыро и холодно, что, как казалось Мэй, портит книги куда сильнее.
Девушка раскрыла книгу и замерла, залюбовавшись первой же картинкой.
На ней была изображена живописная долина, по обе стороны которой вздымались горы, окутанные серебристыми туманами. Вершины терялись в вышине, словно касались самого неба – а небо было… разным.