Но Талиэ'юйт все торопила ее, и у Мэй все ее размышления заслонило одно: надо было как-то незаметно убрать книгу на полку. И когда фэйри все же отвернулась и направилась к выходу, уверенная, что девушка последует за ней, Мэй быстро поставила томик в кожаном переплете на ближайший стеллаж, задвинув подальше, чтобы был он не так заметен.
Она была почти уверена, что никто ее не возьмет. Ни одна другая каэлин не интересовалась книгами. Все они были слишком сложны для девушек. Но все ей показалось, что оставлять книгу у всех на виду не следует.
Эйверин'айт. Глава 18, в которой Алин'юйт устраивает провокацию на Совете
Эйверин'айт быстрыми, уверенными шагами двигалась по длинной анфиладе, ведущей к залу Совета.
Величественные залы Сиян'эл'энди тонули в мягком свете лунных кристаллов, вплетенных в изящные люстры и резные панно на стенах. Свет стекал по колоннам из черного обсидиана, оплетенным тончайшими серебряными узорами, играл бликами на мраморе пола, отражаясь в гладком камне. Полупрозрачные темно-синие шторы, вышитые узором звездного неба, мягко покачивались, поддаваясь легкому сквозняку.
Но сегодня Эйверин не замечала этой красоты резиденции Двора Ночи.
Лицо ее, как и всегда, оставалось непроницаемым, но в янтарных глазах отражалось раздражение, которое она даже не пыталась скрыть. Не считала это необходимым.
Алин'юйт из Двора Ночи от имени файрина Альвхайденгарда созвала Совет. Внезапно. И Эйверин'айт дали об этом знать буквально в последнюю минуту.
На что рассчитывала Алин? На то, что фэйри, которая говорит за два Великих Двора и которую поддерживают четыре Блистательных не сможет присутствовать на Совете? Чего она вообще хочет?
Эйверин не доверяла Алин. Смирилась с тем, что та стала играть важную роль в Альвхайденгарде. Но не могла простить того, что из-за Алин'юйт произошел в свое время разлад при Дворе Ночи. И все еще подозревала ее, хотя Калиад и считал, что все обвинения против Алин беспочвенны и основаны лишь на личной неприязни.
И сейчас раздражение Эйверин было направлено даже не на саму Алин'юйт, а на Калиада, самого файрина Альвхайденгарда. Неужели он и вправду допустил это? И Алин говорит от его имени с его позволения? Собирает Совет? Да еще и на своих условиях?
Навстречу ей вышла Зирайа'айт, фэйри Двора Цветения. Она появилась на пути Эйверин внезапно и также торопливо пошла рядом, не останавливая ее, словно только ее и ждала. На ней было легкое одеяние приглушенного сиреневого оттенка с вышивкой тонкими серебряными нитями. Ее длинные русые волосы, заплетенные в косу до пояса, мягко колыхнулись при движении, а сиреневые глаза скользнули по лицу Эйверин внимательным взглядом.
– Мир'энорэ, Эйверин'айт, – ровно поприветствовала она.
Эйверин едва кивнула, не замедляя шага:
– В честь чего созван Совет?
Зирайа нахмурилась.
– Калиад'эл передал Алин'юйт временные полномочия, – голос ее прозвучал с явным неудовольствием. – И она не замедлила ими воспользоваться. Решила собрать Совет, но о чем пойдет речь, никто не знает. Это беспокоит.
Эйверин прищурилась.
– Калиад… все-таки и в самом деле передал ей полномочия?
В ее голосе не было удивления – лишь плохо сдерживаемое холодное, глубокое раздражение.
– Именно так, – кивнула Зирайа, с явным сожалением добавила: – Он все реже занимается делами Альвхайденгарда.
Эйверин от досады поджала губы.
– Рэйн Эйверин'айт, меня это очень беспокоит, – сказала Зирайа, – среди фэйри Блистательных Дворов Алин'юйт многие симпатизируют. Слышны разговоры о том, что она могла бы стать файрин Альвхайденгарда, если бы брат уступил ей место…
Фэйри Дня резко остановилась, посмотрела на собеседницу взглядом, в котором засверкали молнии.
– Кто так говорит? – тихо, но с нажимом спросила она.
– Ходят разговоры. Дворы Луча и Заката хотели бы ее видеть на месте Калиад'эла. Сирэн'эл говорит об этом открыто. Даже… от фэйри Двора Крыльев, – Зирайа запнулась, вздохнула и продолжила: – я слышала подобные рассуждения от фэйри Двора Крыльев.
– Вассалы Лета, – Эйверин покачала головой, молнии затаились где-то глубоко на дне ее янтарных глаз. Она размышляла.