– Подтверждаю и поддерживаю слова файрина Двора Осени! – опоздавший на Совет Вальтар'эл поднялся с места на самом дальнем ряду. – Рэйн Алин'юйт может и получила от Калиад'эла право говорить от его имени, но не принимать решения и не вносить подобные предложения, касающиеся судьбы всего Альвхайденгарда. Однако правом, которое я получил от файрина Двора Ночи в период Первого Перемирия, я скажу от имени своего Двора: Алин'юйт, Двор Ночи отказывает тебе в поддержке...
***
Эйверин'айт покинула зал Совета одной из последних. Она никогда не оставляла без внимания настроения вассальных Дворов. А фэйри Двора Крыльев были явно разочарованы результатами. И ее долгом было удержать от разброда тех, кто когда-нибудь станет опорой и поддержкой для Лайрин'айт и Дарвайн'эла, если они однажды решат принять на себя долг перед своим Двором и вассалами.
Благо, поддержка Сияния и Рассвета была непоколебима. На них она всегда могла опереться и доверить свои тылы.
Мысли же были заняты другим. Она ошиблась в своей внезапной догадке? Не каэлиндаэ объединяют все эти Дворы, желавшие поддержать идеи Алин'юйт?
И почему Алин решилась на это вообще?
Чего она ждала от этого Совета?
Почему не было Двора Тени? Хотя на последний вопрос ответ лежал на поверхности. Алин'юйт никак не хотела, чтобы на Совете был тот, кто может просто встать и сообщить, что она лжет. Даже если это была полуправда. А Шеолан'эл не преминет сказать во всеуслышание, если в голосе сестры файрина почует хоть намек на фальшь.
Перед тем как покинуть зал, она снова отыскала Зирайю. В памяти ее внезапно всплыло одно обстоятельство, на которое она не очень обращала внимание. Но теперь же задать вопрос показалось не лишним:
– Рэйн Зирайа'айт, а ведь Норвайн'эл остался при Айлу'эл'энди? Он не говорил с тобой ни о чем подозрительном или странном?
Зирайа покачала головой, во взгляде мелькнуло что-то, скрытая гордость и в то же время неуверенность.
– Мой племянник все меньше общается с фэйри своего Двора. Но Алин'юйт обучила его магии Двора Ночи. Он теперь умеет останавливать кровь и исцелять раны... Но... Он изменился, рэйн Эйверин'айт. Я с трудом узнаю его.
– Как интересно, – Эйверин качнула головой, – фэйри Блистательного Двора освоил магию Великого? Ещё и не своего сюзерена? Норвайн'эл, должно быть, очень талантлив.
Зирайа'айт слабо улыбнулась такой похвале, но с какой-то ноткой грусти. Увы, дети вырастают, идут своим путем. Кому как не Эйверин, отпустившей обоих своих внуков путешествовать по землям людей, не знать об этом.
Погруженная в свои мысли в попытке понять происходящее, она прошлась по галерее, постояла, глядя на Кэл'эстрию, город, построенный фэйри на берегу Северного моря. Люди не умели магией подстраивать под себя климат. И этот край был для них практически непригоден. Чахлые деревья, вырастающие на каменистой почве, давали скудный урожай, пшеница и рожь не росли, а животным было нечего есть и негде пастись.
У фэйри же была магия. И они за короткий срок превратили Бесплодный Брег в цветущий сад. Правда, далеко не везде. Сил на то, чтобы сделать из этой земли подобие Благословенного Эльлисара в Белую эпоху у жалких остатков когда-то многочисленного народа не хватало. В чем-то права была Алин'юйт…
Эйверин тряхнула головой. В том-то и дело. Когда правда вплетается в ложь, и ложь начинает казаться правдой… Арлайн'эл прекрасно показал это всем в зале Совета. И только молодежь да полные дураки не поняли этого.
Она спустилась обратно в анфиладу, пытаясь решить, что же ей делать с тем, что она сегодня поняла или наоборот не поняла, когда услышала голоса. Двое стояли в арочном проеме и, как сначала показалось Эйверин'айт, неспешно вели беседу. Арлайн'эл и Алин'юйт.
Фэйри Двора Дня остановилась. Подслушивать низко. Но неужели она все-таки была права в своем первоначальном суждении.
То, что произошло дальше, развеяло ее сомнения, раскрыв ситуацию в совершенно другом ракурсе.
– Рэйн Арлайн'эл, ты забыл, чем обязан мне? – голос Алин'юйт звучал приглушенно, но Эйверин прекрасно слышала каждое слово. Фэйри Ночи же не подозревала, что ее могут подслушать, – ты должен помнить об этом. И благодарить меня за то, что Калиад'эл не знает, что ты выкрал свою каэлин из Цветника. А я закрыла на это глаза. Ты можешь лишиться ее так же, как приобрел. Никогда не думал об этом?