- ...как все? - услышал он недовольный тонкий девичий голосок. - Вы мне голову-то не морочьте. В описи чёрным по белому написано: десять мешков матата. Где ещё один, я вас спрашиваю?
У повозок во всю ругались смотритель и девушка в военной форме. Она грозно вытянула шею, упёрла руки в бока и вопрошала внушительного вояку и отчитывала его, будто маленького мальчика. Ну и молодежь пошла.Девушка выглядела едва ли на девятнадцать, да и то с сильной натяжкой. Маленькая, плотная, с квадратной челюстью, как у бульдога, она не отличалась хрупкостью. Её тёмные, коротко стриженые волосы стояли торчком. В ушах, носу и в правой брови девушки поблескивали серёжки-гвоздики.
- Мэм, я клянусь вам своей присягой, что это всё, что есть в поезде, - тон мужчины был сух и ершист. Ему явно не нравилось, что его шерстит какая-то девчонка в брюках.
Она уже открыла рот и набрала воздух, чтобы выдать очередную триаду, как вдруг из последнего вагона выскочил паренёк в форме рядового. Он как ужаленный рванул к повозкам с криками:
- Сержант Миграсс, посмотрите на это!
Он подлетел к девушке и показал ей что-то в своей ладони. Её лицо вытянулось.
- Владыка, что это такое? И откуда?..
Эзилриб решил, что пора бы уже прекращать созерцать, и подошёл к троице, которая что-то потрясённо разглядывала.
- Здравия желаю, товарищ сержант, - вежливо встрял в разговор мужчина. - Позвольте взглянуть?
- А вы ещё кто? - совершенно беспардонно ответила вопросом на вопрос девушка-военный, откровенно разглядывая его.
- Капитан Эзилриб Волантрес, мэм, - спокойно сообщил тот, с каким-то болезненным удовлетворением наблюдая за тем, как лицо собеседницы покрывается бордовыми пятнами. - Прибыл по заданию госпожи Вице-Канцлера.
- Прошу меня простить за неподобающее поведение, товарищ капитан, - промямлила девушка, красная как рак.
Нет, все-таки она ещё совсем ребёнок.
- Извинения приняты, - невозмутимо кивнул Эзил и протянул руку в просящем жесте.
Потупив взор, сержант показала то, что лежало у неё на ладони. Это был красивый полудрагоценный камень, оплетённый серебряной проволокой. Его неровная поверхность словно слегка светилась. Узор плетения напоминал странный трилистник с заострёнными лепестками. Эзилриб уже видел такие, и не однажды. С этим символом у него были связаны не самые приятные воспоминания.
- Это нокардийский магический проводник-накопитель, - сообщил капитан, с минуту повертев вещицу в руках. - Обокрали вас, товарищи.
- Как обокрали?! - оскорбленно возмутился смотритель поезда. - Я ночь не спал, никто и на микрон не приблизился к грузу!
- Вероятно, это был один из Посвящённых, - задумчиво пробормотал Эзил, проводя пальцем по таинственно сияющему камню. - Они владеют древним Искусством, и для них заставить вас уснуть на пару минут - раз плюнуть. Причём так, что вы этого даже не заметили.
Это была плохая новость. Очень плохая. Именно Посвящённые представляли для Республики реальную угрозу, ведь, в отличие от обычных нарконов - коренного народа Нокардиса, - они могли не только использовать магию для мелких нужд, но и обладали способностью подчинять себе стихии и мир вокруг. Никто не знал, кто они такие и как с ними бороться. Даже термин "Посвящённые" был придуман людьми, а уж как они сами себя называют, один Владыка в курсе. Ещё в начале Священной Войны эти существа представляли собой грозную силу, которая сдерживала нападения Хоры. Но потом их настиг некий мор. По неизвестным причинам в каждой битве их становилось всё меньше и меньше. Лишь через пятьдесят лет после начала боевых действий граница пала под натиском Национальных Освободительных Сил, и некогда могучая Империя покорилась молодой стране. И то частично. Республике приходилось буквально выцарапывать каждый клочок земли из лап нарконов.
Но до сих пор в бескрайних равнинах бывшей державы иногда встречались Они. Монстры во плоти. Эзилриб непроизвольно стиснул зубы. У него свои счёты с этими поганцами.
Повисла напряжённая тишина. Девушка-сержант и смотритель поезда выжидающе смотрели на Волантреса, ожидая каких-то комментариев.