— Тот, чья кровь сильнее.
— То есть магия?
— Не только. Играет роль магия, физическая сила, близость к истинному роду, пол ребенка. Керны из всех трех видов, как правило, самые сильные, но у них может родиться и керн-кала. В целом, сын всегда возьмет только сильную кровь; но дочки лишь в половине случаев, иначе ала уже не существовало бы.
— Тогда ала-мужчины, получается, случайность и, как бы, уродство?
— Да. К сожалению многие родители в таких случаях отправляют их в особые кланы, где те либо умирают еще во младенчестве, либо выживают и получают шанс стать младшими воинами. А если не получится — слугами, которых не признает семья.
Мнда.
А я еще на традиции Таларии ругалась.
Глава 24
Спустя два дня мы прибыли в Харгх. Пейзаж немного изменился — появились скалы и даже невысокие, блеклые деревья. Город лежал в низине и представлял собой хаотично разбросанные домики и круглое строение посередине огромной площади. Он естественным образом был огражден, практически с четырех сторон, каменистыми холмами, а к главным воротам, представлявшим собой скульптуры огромных каменных лошадей, вела лишь узкая дорога.
Нас поселили в одноэтажный глинобитный дом.
Я с тоской посмотрела вслед стражникам и дознавателям, которые тут же отправились в купальни — меня там точно не ждали. Чтобы «помыться» с помощью магии, необходимо было полностью раздеться, так что и это было мне недоступно, с учетом того, что наша общественная «спальня» напоминала проходной двор. Я лишь сняла верхнюю кожаную куртку, сменила рубашку, умылась и постаралась вычесать из снова отросших волос дорожную пыль.
В отличие от веселых и семейных гномьих пиров и церемонных ужинов с гварлками, происходящее у кернов было бы уместнее назвать вакханалией. Передо мной, практически, ожила картинка из «Легенд и мифов Древней Греции». В огромное помещение будто забился весь город; низкие столы были заставлены, в основном, различными видами мяса — излишне зажаренного — и напитками разной степени крепости. Люди в кожаных полудоспехах, кентавры, почти раздетые женщины сидели и лежали вокруг этих столов весьма кучно; некоторые парочки не стеснялись ласкать друг друга прямо на месте — хорошо хоть до самого главного не доходило, а то это отбило бы весь аппетит. Я не была пуританкой, но всеобщая атмосфера пьяной похоти меня не слишком привлекала. Вино в прямом смысле лилось рекой; ели мы руками, а руки вытирали о собственную одежду. Керны, как мне показалось, пили без меры: разговоры становились все громче и возбужденней, но агрессии не ощущалось, напротив, атмосфера была вполне праздничной. Потому я постаралась абстрагироваться от некоторых нюансов местного воспитания и радоваться тому, что завтра, наконец, никуда не надо ехать.
Глава Истинного Племени, Кха-Карат, был оборотнем, но даже в облике человека производил впечатление быстрого, опасного и весьма привлекательного животного. Насколько уж Арий был высоким и мощным, но и он на фоне горы намазанных жиром мышц выглядел изящным, как эльф. Вождь и Правящий полусидели и активно переговаривались за главным столом, стоящим чуть на возвышении: вокруг них расположились дети и несколько жен Кха-Карата, кентавры и люди. Пару красоток предложили и Правящему, но тот лишь с улыбкой покачал головой.
Когда уже веселье начало затухать, я потихоньку выбралась из гостеприимной трапезной и, едва переставляя ноги, поползла в сторону вожделенных кроватей. Ну ладно, не кроватей, а лежаков. Меня нагнал один из наших стражей, Орс:
— Правящий просил вам передать — он с поклоном протянул мне небольшой портальный камень — Через час — уточнил парень и вернулся к пирующим друзьям.
Я с улыбкой кивнула. Я ужасно соскучилась по Арию и мне было приятно, что соскучилась не я одна. Пусть это выглядело перестраховкой, но придуманный им вариант перемещения был оптимальным: то, что я не ночевала в общем доме никому из местных не станет известно. Так что, дождавшись нужного времени, я активировала портал — хотелось бы уже научиться самой их выстраивать, но с нашими перемещениями и работой времени на учебу оставалось немного.
Меня ждал не только Правящий.
Ванна.
Настоящая огромная лохань, полная горячей воды с травяными добавками.
От предвкушения я застонала.
— Приятно, что меня так рады видеть — раздался смешок.
Я улыбнулась.
— Как только я помоюсь, то покажу, насколько я тебя рада видеть.
Быстро разделась и занырнула в ванну, погрузившись до самого подбородка, а потом и с головой. От удовольствия и окутавшего меня тепла у меня закружилась голова. Я позволила понежиться себе немного, ни о чем не думая, а потом направила ладонями потоки целительной магии по ноющим мышцами и покрытой синяками коже.