*
— Вот скажи мне, Поттер, сколько вас там еще в вашем клане в Хогвартс готовится?— Малфой проводил взглядом двух рыжих близнецов-первокурсников в гриффиндорской форме.
— Хм, после этих,— Джеймс махнул кузенам, сыновьям дяди Чарли, которые по-английски говорили не хуже, чем по-румынски, поэтому были отправлены учиться в Англию,— наступит перерыв, можешь вздохнуть спокойно…
— Счастье-то какое,— фыркнул Скорпиус,— вот если бы еще половину из присутствующих можно было куда-то сплавить,— слизеринец указал на вставшую из-за стола Гриффиндора Розу Уизли, к которой тут же присоединились двое ее друзей.
— Мы на Прорицания пойдем, или еще посидим?— светски осведомился Джеймс, небрежно закидывая ногу на ногу, из-за чего на него тут же удивленно посмотрели Парма и Эмили, сидевшие неподалеку. Парни улыбнулись старым знакомым, но слизеринки тут же скорчили мины и удалились.— Эх, наверное, не стоило с ними в прошлом году так резко отношения прекращать…
— Поттер,— Скорпиус поднялся и взял рюкзак,— вокруг столько девчонок, чего ты вздыхаешь из-за того, что уже прошло и забыто?
— Да я так, настраиваюсь на волны Венеры, у которой амурные дела с Марсом…
— Ну, думаю, в этом году тебе придется только мечтать о Венере… Стрекоза, небось, все лето выдумывала, как бы нас занять еще чем интересным.
Двое друзей медленно шли по коридору, совершенно не торопясь на занятия.
— Смотри: трио, ставшее дуэтом. Печальные и одинокие,— усмехнулся Джеймс, кивнув на двух рейвенкловок-шестикурсниц.— Без Фауст какими-то сиротами выглядят…
— Зато Женская Академия, наверное, веселится,— Скорпиус махнул рукой девчонкам.— Надо будет написать Луизе — пусть расскажет, как твоя ученица девчонок из Академии на путь истинный наставляет… Глядишь, скоро тебе пачками письма будут приходить: «милый Поттер, научи нас, пятый курс Академии, целоваться…».
— Ой, Малфой, тема уже изъезженная, смени пластинку,— попросил Джеймс, запуская руку в волосы.
— Так, Поттер, Малфой, поторопитесь,— их нагнал Фауст со свитком в руке.— Не думаю, что опоздания помогут вам сдать в конце года СОВ…
— Зад нюхлера,— пробормотал Джеймс, когда декан скрылся в коридоре,— еще даже первого колокола не было, а уже про СОВ…
— Привыкай,— с мальчиками поравнялись Сюзанна Паттерсон и Эмма Томас.— Весь год будем об этом слышать.
— С чего бы такое прозрение? Прорицания пошли вам на пользу?— Скорпиус начал подниматься по винтовой лестнице.
— Нет, Малфой,— Томас, наверное, впервые обратилась к нему, не покраснев и не запнувшись: лето не прошло зря?— Мне папа рассказывал…
— Слушайте, может, смыться отсюда до лета, пока не поздно?— усмехнулся Поттер, поддержав за локоть Сюзанну. Та благодарно ему улыбнулась. Скорпиус, увидев это, усмехнулся над головой девчонки, закатив глаза. Джеймс лишь широко улыбнулся, весело сощурившись.
— Вот видишь, Малфой,— шепнул гриффиндорец, когда они поднялись в Башню и сели за один из столиков в ожидании Трелони,— и никакого специального воспитания не нужно…
Скорпиус лишь презрительно фыркнул.
— Здравствуйте, дети…
— О, ура,— Джеймс даже оживился, увидев любимого профессора. Половина класса тут же заулыбалась, глядя на Поттера: Прорицания благодаря гриффиндорцу всегда проходили весело.
— В этом году мы с вами будем заниматься толкованием снов…
— Супер!— Джеймс даже не стал приглушать голос.— Мне вчера снились три белых хорька на метлах. Может, это значит, что в этом году Кубок возьмет Слизерин?
Трелони тут же сделала шаг к столику Поттера и Малфоя: за два года она успела понять, что энтузиазм Джеймса носит больше издевательский характер, но справляться с этим все еще не научилась.
Да и кто может справиться с лохматым ежиком с бурной, даже воспаленной, фантазией? Скорпиус улыбнулся своим мыслям, следя за Трелони и ее «любимым учеником».
— Возможно, вы сами сможете нам истолковать ваш сон, мистер Поттер?— таинственно проговорила Стрекоза.— Достаточно открыть учебник и прочитать третью и пятую страницы… Думаю, в конце урока мы послушаем, о чем же поведала вам во сне судьба…
Малфой чуть не подавился, глядя, как лицо Поттера чуть вытянулось: ну, еще бы, его засадили за учебник на весь урок. Хотя, слизеринец сомневался, что лохматый откажется от привычной тактики — приври побольше.
— Итак, человеческий сон…— начала вещать Трелони, а Джеймс наклонился к другу, засовывая руку в карман и доставая сверток.
— Что опять? Поттер, ты снова голодный?— притворно ужаснулся Малфой, глядя, как друг разворачивает салфетки, в которых был спрятан превращенный в кашу пудинг.