— Зачем?— насторожился Джеймс.
— Понятия не имею. Идем, он сказал привести тебя, потому что был уверен, что сам ты не явишься.
— А в том, что тебе удастся меня привести, он был уверен?
— Он знает, как я умею накладывать «Petrificus Totalus» и «Locomotor»,— усмехнулся Робби, опершись спиной о каминную полку.— Итак, сам пойдешь или мне тебе это продемонстрировать?
— А, может, ты сделаешь вид, что меня не нашел?
— Поттер, а, может, ты оторвешь задницу от кресла и пойдешь туда, где тебя ждут профессор и студенты?
— Как вы мне все надоели, сил никаких,— мальчик нехотя поднялся.— Даже на каникулах никакого покоя…
— Не обольщайся, ты не такой уж и подарок, чтобы все просто мечтали с тобой пообщаться. Но в школе существует правило: если тебя зовет профессор, будь добр откликнуться…
— Это ты сам придумал, или тебе Графф еще помогал?
— Ты заткнешься сам, или тебе помочь?— усмехнулся Робби и вышел через портретный проход, даже не оглядываясь, уверенный, что первокурсник следует за ним.
*
Рождество в Хогвартсе было не чуть не хуже, чем Рождество дома. Может, в чем-то даже лучше.
Также были люди, к которым Скорпиус был равнодушен и не так уж близко знаком. Они сидели с ним за столом, смеялись, говорили пустые вещи. Также с утра у кровати он нашел гору подарков от всех родственников, знакомых, даже от Донга.
Ну, хоть никаких приемов и парадных мантий — этого Скорпиус с детства не любил. Рекламные акции во благо династии устраивались в их доме со времен, наверное, первого Малфоя, а нарушать традиции было не в духе их семьи. Тем более после нескольких лет не особой популярности среди волшебников.
Скорпиус скучающе прошел в Класс для совместных занятий, где еще ни разу не был, да и не стремился быть. Но декан очень уж настаивал за завтраком, да и заняться было особо нечем, если только опять учить заклинания, но в этом тоже нужно было знать меру. А тут — шанс если не развлечься, то побыть в обществе. Пусть не самом приятном, зато можно посмеяться над кем-нибудь. Но вот хоть над Поттером, которого, кажется, привели на поводке — судя по его ужасно довольной физиономии. А Слизнорту хоть бы что — наверное, ему кажется, что Поттер так улыбается.
Что вы, профессор, я все понимаю: наконец-то ненаглядный придурок со знаменитой фамилией почтил вас своим присутствием. На вечеринки-то он ваши как не ходил, так и не ходит…
Пятеро хаффлпаффцев и четверо студентов Рейвенкло уже сидели за столами, лица их светились энтузиазмом не больше, чем у троллей от идеи, что их будут учить танцевать степ. А Слизнорт мог бы подрабатывать Рождественской елкой — шарик на ус, гирлянду на живот, подарок под…
— Эй, Скорпиус,— махнул Малфою Деррик, третьекурсник. Еще со Слизерина здесь были три девочки с пятого курса — они улыбнулись Скорпиусу, и тот кивнул. Ну, за завтраком виделись…
Малфой сел, вальяжно откинувшись на спинку стула и убирая с глаз серебристые волосы. Слизнорт с загадочной улыбочкой топтался у доски, а в тени, у окна, замер профессор Фауст, наверное, для моральной поддержки.
— Что ж, все собрались,— профессор Зельеварения раскинул руки, словно силился всех обнять. Нет уж, увольте, Скорпиус и матери-то это позволял лишь в исключительных случаях.— Мы с директором поговорили и решили, что нам стоит вас чем-то занять на время каникул. Ну, не все же вам учиться…
Интересно, почему Слизнорт на последних словах посмотрел на Поттера? Скорпиус даже брови поднял, пытаясь не засмеяться: учеба и лохматый — понятия несовместимые. Их друг от друга тошнит. Хотя… Покажите мне что-нибудь или кого-нибудь, кого не тошнит от Поттера… Его и гриффиндорцы-то считают позором факультета, так сказать, прыщом на изумительно чистой поверхности бравых и смелых. Тьфу, а все Слизнорт…
— И мы с вами к началу нового семестра поставим спектакль!— радостно объявил Слизнорт с такой физиономией, будто бы они все выиграли в лотерею по сто галеонов.
Реакция собравшихся была разной: девчонки прыснули, пряча лица в ладошки, кто-то из парней сполз под стол, кто-то хмыкнул. Деррик незаметно покрутил пальцем у виска.
— Вижу, все рады, вот и отлично!
Слизнорту стоило завести очки, решил Малфой, покачиваясь на стуле. Вот псих-то!
— Простите, сэр,— как можно более будничным тоном осведомился Скорпиус,— а что нам за это будет?
— Аплодисменты зрителей и очки для факультета, мистер Малфой.
Студенты оживились, кажется, идея сыграть спектакль уже не казалась некоторым такой уж сумасшедшей. Кажется, все перепили в Рождество.
— И что мы будем играть?— тем же тоном продолжил Малфой.
— О, хорошо, что спросили,— расцвел Слизнорт, доставая из кармана мантии книжку.— Это будет знаменитая пьеса Пруэтт «Последняя битва Лорда»…