Метла… Эта метла теперь часто снилась Скорпиусу, как бы он не хотел забыть тот день и тот удар по лицу Поттера. Все решили, что Малфой ударил гриффиндорца за его слова, за «труса». Как же они ошибались, но Скорпиус никогда и никому этого не говорил. Пусть думают, что хотят…
Малфой выбросил в кусты недоеденный бутерброд и зло уставился на идущих по дорожке студентов, которые, спасибо Мерлину, не обратили на мальчика внимания…
Сколько раз Скорпиус прокручивал в своей голове ту сцену, и всегда приходило оно — чувство бессилия и разочарования.
Ты был прав, дедушка, во всем прав. А я был глуп. Ты хотел уберечь меня от ошибок, но я не послушал.
Я глупо верил. Во что? Да, ты бы рассмеялся. Я верил в справедливость. Но ты был прав: в мире нет справедливости, тем более по отношению к нам, Малфоям…
Теперь я знаю: справедливости нет и быть не может. И я теперь верю только тебе, дедушка, во всем, ведь однажды ты оказался прав. Спасибо, Поттер, ты за несколько минут донес до меня то, что пытался сказать мне дед…
Черт, но как же он просчитался! Он совершил то, что не смогли другие, — нашел метлу. Но за это не получил ни благодарности, ни похвалы, вообще ничего. Подозрения, наказания, лишение шанса быть лучшим… Дивный мир добра и справедливости!
— Эй, Скорпиус!
Он вздрогнул, пытаясь справиться с лицом, на котором играла злая усмешка. К нему бежала Энжи МакЛаген.
— Что?— скучающе спросил он, вставая и беря галстук, чтобы завязать его.
— Через десять минут уже экзамен, я подумала, вдруг ты без часов…— девочка чуть улыбнулась, наблюдая за сокурсником.
Малфой лишь покрутил рукой, на которой блеснул золотой браслет с циферблатом.
— Ты идешь?
Мальчик кивнул, взял жилетку и пошел рядом с Энжи, засунув руки в карманы.
— Я просила Присциллу пойти и признаться, что это ее брат украл метлу Поттера,— тихо сказала Энжи.
— Зачем это?— насторожился Скорпиус, повернув голову к Энжи. Нет ничего удивительного, что многие слизеринцы узнали правду: после инцидента на поле для квиддича Эйдан не стал держать язык за зубами и рассказал на Слизерине о том, кто стал истинным виновником всего произошедшего. Правда, за пределы факультета это не ушло, слизеринцы умели стоять за своих.
— Потому что ты стал какой-то… странный. Наверное, тебе очень обидно, что тебя наказали за то, чего ты не делал.
— То есть всем показалось, что я отключил Поттера одним ударом?— усмехнулся Малфой.
— Ну, нет, я не об этом…— чуть смутилась девочка.
Они уже подходили к крыльцу, на котором маячил взволнованный Тобиас с учебником в руках.
— Тогда о чем?
— Скорпиус,— Энжи остановилась и схватила его за локоть,— мне очень жаль, что ты не сможешь стать лучшим первокурсником, ведь это Присциллу должны были исключить из кандидатов, а не тебя… Ты действительно лучший среди нас! Только ты не считаешь меня тупой и всегда помогаешь…
Скорпиус насмешливо смотрел на Энжи, которая, кажется, говорила искренне. Но Малфой не верил ей, потому что нельзя никому верить. Так говорил дед. Можно верить лишь себе…
— Несправедливо, что тебя наказали за то, в чем ты не был виноват…
Скорпиус отступил на шаг назад и усмехнулся:
— Энжи, справедливости нет, ее просто нет.
Мальчик развернулся, вздернул подбородок и поспешил к Паркинсону.
*
Джеймс нервничал ни на шутку, стоя в коридоре перед классом Трансфигурации, где МакГонагалл принимала у них практическую часть экзамена. Рядом судорожно махал палочкой Графф, почти зеленый от волнения, но даже вид зеленого Ричарда не мог сегодня развеселить Джеймса.
— Джеймс, как ты думаешь, если я не смогу превратить спичку в иголку, меня исключат?— Сюзанна Паттерсон судорожно заламывала руки и подпрыгивала на месте. Джеймсу даже захотелось отправить ее в ванную комнату для девочек, но он сдержался. Мало ли кто и как переживает. Он вот грыз перо, стоя у стены с совершенно пустой от мыслей головой.
— Сюзи, главное — не преврати МакГонагалл в ночной горшок,— Джеймс даже не улыбнулся. Девочка фыркнула и отвернулась, чтобы пристать с тем же вопросом к раздраженной Эмме Томас.
Ну, а что он должен был ответить? Спички и иголки они тренировали в начале года, так что этот момент мальчика вообще не беспокоил. А вот высокая отметка на экзамене у МакГонагалл могла гарантировать ему шанс на значок, ведь он сейчас был на втором месте сразу за Присциллой Забини. Отдать награду слизеринке?! Да никогда! Тем более что Гриффиндор сейчас, после победы в Чемпионате Школы по квиддичу, лидировал в гонке факультетов, опережая Слизерин на сорок два очка.