Джеймс скосил глаза на Малфоя, который, откинувшись на стуле, медленно вел пером по пергаменту, иногда поднимая глаза, чтобы взглянуть в книгу, которую переписывал.
— Что, Малфой, поймали на очередной гнусности?— не выдержал Джеймс, макая кончик пера в чернила.
— Поттер, а ты здесь за то, что спас жизнь паре гномов или помог перевязать лапу гиппогрифу?— слизеринец даже не повернул головы.— Сначала на себя посмотри, а потом к другим приставай…
— Ну, должен же кто-то следить за тем, чтобы ты не отлынивал от работы, вот я тут и отдыхаю,— хмыкнул Джеймс, выводя очередную строку не сильно аккуратным почерком. Будет он еще стараться, переписывая свод правил Хогвартса за 1642-й год. Кому это вообще надо?!
— Ну, и отдыхай,— пожал плечами Малфой, откидывая с глаз пряди волос.— Надеюсь, что ты не заразен…
— Чего?— переспросил гриффиндорец. Его рука с пером зависла над страницей, и чернила капнули на уже написанный текст, но мальчика это не сильно волновало. Слизеринец, видимо, не собирался повторять.— Чем это я заразен?
— Тупостью,— спокойно ответил Малфой, так и не подняв глаз от своего пергамента, словно Джеймс его вообще не интересовал и разговаривал он с гриффиндорцем только из большого одолжения.
— Уж лучше быть тупым, чем подлым…
— Напросишься, Поттер,— с легкой угрозой произнес слизеринец, нанося буквы на пергамент.
— Сам начал,— фыркнул Джеймс, дописывая третье предложение и ставя точку.— Сам тупой…
— Ну, я бы не додумался орать на весь замок, что иду в Запретный лес…— заметил слизеринец.— Поэтому ты тупой, Поттер, и обсуждению не подлежит.
— Это ты тупой, Малфой!— Джеймс повернулся всем корпусом к Скорпиусу.— Это была шутка, а ты, идиот, и поверил! Да еще подслушал! Точно говорят, что слизеринцы и дня не могут прожить без подлости или гадости…
— Ну, тогда твоя кузина еще более тупая, чем мы все, вместе взятые,— Малфой тоже перестал писать и, наконец, поднял взгляд на гриффиндорца.— Она не только поверила, она еще и заложила тебя Фаусту. Очень по-гриффиндорски, не находишь?
— Это тебя не касается!— огрызнулся Джеймс, доставая палочку и направляя ее на Малфоя.— Ты мерзкий таракан, ты ничуть не лучше твоего отца, хорька трусливого и подлого…
— Повтори,— процедил Скорпиус, поднимаясь и тоже доставая свою волшебную палочку.
— Плохо доходит?— усмехнулся Джеймс.— Скажи, что твой отец не такой? Хорек, подлый, трусливый…
— Да ты ничуть не лучше, уж поверь!— Малфой сощурил глаза.— Ты прикрываешься фамилией, а на самом деле ничего собой не представляешь! Пакостишь, задираешься, но все равно считаешь себя великим гриффиндорцем! Ты мелкий подлец, Поттер…
— Чего?!— взревел Джеймс, чувствуя, как уши и шея становятся красными, в то время как слизеринец все сильнее бледнел.
— Уж лучше быть Малфоем и хоть что-то собой представлять, чем носиться по школе с тупыми лозунгами двадцатилетней давности и строить из себя великого борца за справедливость, причем, совершенно не имея представления о справедливости. Так что сядь и заткнись, Поттер!
— Сам заткнись!
— Что здесь происходит?
Мальчики одновременно обернулись: в дверях стоял чуть сердитый Фауст.
— Я оставил вас на пять минут, а вы уже тут дуэль устроили?! А ну, сядьте и пишите, иначе не отпущу, пока все не перепишите!
Мальчишки, зло взглянув друг на друга, вернулись к своим пергаментам. Джеймс иногда бросал на слизеринца взгляд, полный презрения…
*
Скорпиус пришел в гостиную и устало опустился в кресло у камина, скинув мантию и распустив галстук. Не верится, что это только первый день. Присцилла, Парма, Уизли, а потом еще и Поттер в довесок. Чем он это заслужил?
— Малфой…
Черт, он и забыл об Эйдане.
— Меня нет, Родерик, запишись на прием,— попросил Скорпиус, тяжело вздыхая.— Нет меня и не будет в ближайшие пару недель…
— Значит, нет?— догадливо произнес староста, стоя над второкурсником.
— Прости, но у меня достаточно поклонниц,— усмехнулся Скорпиус,— скоро уже фанклуб организуют…
— Но ты же понимаешь…
— Эйдан, Парма Паркинсон не нуждается в дополнительных занятиях, поверь мне…
— Ладно,— староста пожал плечами.— Ты не собираешься записываться в Дуэльный клуб?
— А надо?
Эйдан кивнул на доску объявлений, где появилось два длинных свитка, один из которых был записан на половину, а второй на треть.
— Ну, обычно все второкурсники стремятся записаться. Это позже азарт проходит…