— А кому же еще,— нахмурилась Присцилла, глядя, как Джеймс отодвигает кубок.— С каких пор ты пьешь молоко и ешь масло?
Да, следовало еще и о пристрастиях в меню расспросить Малфоя…
— С тех самых, как ты мой рацион взялась старательно конспектировать,— ухмыльнулся Джеймс. Кошмар: он ест за столом Слизерина, да еще и вполне мирно беседует с Забини. Кто бы раньше ему такое сказал, покрутил бы пальцем у виска…
— Какой же ты стал невыносимый, Скорпиус,— чуть сердито заметила девочка, пристально глядя на сокурсника.— Дядя Драко не зря говорил папе, что ты стал совершенно неуправляем…
— Папа жаловался на меня?— хмыкнул Джеймс, чуть не подавившись. Младший Малфой перестал устраивать старшего? Вот это уже новость…
— А то ты не знаешь,— фыркнула Забини, все еще не спуская глаз с мальчика.— Сам же на Рождество устроил представление на приеме, стихи какие-то глупые читал, как последний идиот.
Малфой? Малфой учинил представление на Рождественском балу в своем поместье? Мерлин, ущипни меня, а слизеринец-то, оказывается, еще не потерян для общества…
— Ты какой-то странный…
— Ну, и что во мне странного?— ухмыльнулся Джеймс, пытаясь понять, чем мог себя выдать, кроме злополучного молока.
— Сидишь странно, говоришь странно, и взгляд какой-то… Ты что, выпил?
— Гениально, Забини,— вырвалось у Джеймса прежде, чем он смог понять, что Малфой так бы Присциллу никогда не назвал.
— Хам,— девочка грациозно встала и пошла прочь, всем своим видом показывая ему свое презрение.
Ну и ладно, хоть поесть спокойно можно и подумать над тем, что сказала Забини о Малфое. Интересно получается…
*
Скорпиус, наконец, закончив с завтраком и отделавшись от прилипчивой кузины Поттера, покинул Большой Зал. Главное — не пропустить время очередного приема зелья, иначе все пойдет насмарку, а он еще только начал наслаждаться задуманной игрой.
Мальчик довольно долго пытался сориентироваться в лестницах и коридорах, что вели к Башне Гриффиндора, но тут его настигла еще одна беда.
— Эй, Джеймс!
Скорпиус обернулся и увидел, как к нему подходит староста Гриффиндора. Так, Люпин. А как его зовут? Мерлин, как его зовут?!
— Привет,— кивнул шестикурснику Малфой, старательно пытаясь вспомнить, что там накарябал Поттер. Имя, как же имя Люпина?
— Ты что-нибудь Альбусу будешь отправлять?
Альбусу? Это кто? Не Дамблдор же!
— Ммм…
— Джим, мы ждем только твой подарок, Роза и Мари уже принесли. Или хочешь отправить свой подарок отдельно?
Так, Мари — это Уизли с Рейвенкло, понятно. Подарок…
— Я его еще не запаковал, так что не ждите меня,— сказал Скорпиус, засовывая руки в карманы.
— Ладно, как хочешь,— пожал плечами Люпин.— У тебя все в порядке?
— А может быть по-другому?— Скорпиусу казалось, что еще пять минут — и зелье пить будет уже поздно, но староста Гриффиндора уходить пока не собирался, назойливо изучая стоящего перед ним Поттера.
Мерлин, как же они так живут-то? Никакой личной жизни, вечный надзор и глупый вопрос «все ли в порядке?».
Поттер, я тебе искренне сочувствую, тут не только станешь таким идиотом, как ты, и начнешь нести всякий бред, тут можно добровольно в закрытую палату в Мунго попроситься.
— Роза о тебе беспокоится,— Люпин оглянулся на прошедших мимо хаффлпаффцев.
— Ей больше нечем заняться?— Малфой чуть поморщился, не зная, мог ли Поттер так отреагировать. Видимо, мог, потому что Люпин лишь усмехнулся. Значит, Поттер еще не совсем обмяк в постоянных заботах о нем, драгоценном.— Ладно, мне пора.
Скорпиус развернулся и юркнул на первую попавшуюся лестницу, лишь бы, наконец, избавиться от родственничков Поттера и им сочувствующих. Мальчик спрятался под лестницу, откупорил фляжку и отпил один глоток. Пора наведаться в Башню.
*
Когда Джеймс попал с гостиную Слизерина, то первые минут пятнадцать ему вообще было на все наплевать. Он исподволь рассматривал стены, мебель, студентов. Тут было прохладно, что в знойный весенний день не могло не радовать.
Та же возня младших, что и в гостиной Гриффиндора. Те же обнявшиеся с учебниками и конспектами старшекурсники. Девчонки, шушукающиеся по углам. Парочки, держащиеся за руки. Вот только окон тут нет, это минус.
Потом Джеймсу стало скучно, потому что, когда он входил в гостиную своего родного факультета, тут уж его никогда не оставляли в покое. Роза со своей назойливой опекой, Тед с насмешливой заботой, Графф с очередным бзиком, братья Вейн со страстью к настольному квиддичу. Ну, просто кивали, окликали, болтали.