А тут… Такое ощущение, что Малфой никого тут сильно не интересует. Нет, с ним перекидывались словами, что-то спрашивали, но как-то все… Странно. Как так жить-то? Словно ты особо никому не нужен. Даже Паркинсон и Забини. Ладно, Присцилла — за завтраком они вроде как поссорились. А вечная тень Малфоя Паркинсон?
— Эй, Скорпиус,— рядом возникла МакЛаген со стопкой книжек.— Не занят?
— Смотря для чего,— Джеймс постарался усмехнуться одним уголком губ, как это делал Малфой.
— Поможешь с Заклинаниями?
Мальчик фыркнул бы вполне по-поттеровски, но полная слизеринцев гостиная удержала его от подобного проявления собственных эмоций.
— А оно мне надо?— Джеймс даже закинул ногу на ногу, в теле Малфоя чувствуя себя чуть ли не хозяином мира.
— Ну, Скорпиус,— Энжи сложила губки бантиком и просительно на него посмотрела, но в планы Джеймса не входило заниматься уроками, тем более учить кого-то из слизеринцев. Да и чему, по правде, он может научить? Это Малфой у нас гений Непростительных…
— Лучше обратись к Забини, она, кажется, как раз в настроении,— отмахнулся Джеймс, поднимаясь из кресла и направляясь к лестнице, что вела в спальни. Ведь не каждый день выпадает шанс пошататься по гостиной Слизерина…
*
Что ж… Скорпиус уселся в пустующее кресло возле погашенного камина и зажмурился от того количества солнца, что лилось через распахнутые окна гостиной Гриффиндора. Тут было слишком жарко, слишком светло и слишком шумно. Его постоянно кто-то окликал с какими-то глупостями, а Графф даже принес ему конспект по Истории Магии со злым предупреждением, что он в последний раз дает Поттеру списать. Не забыть бы передать лохматому это…
Скорпиус лениво обвел взглядом круглую гостиную и остановил его на дальнем конце, где на стене рядом с доской объявлений висел еще один стенд с кричащим заголовком «Они учились на Гриффиндоре».
Малфой поднял вопросительно брови и направился к этому предмету обстановки. Со стенда на него глядели волшебные фотографии участников войн с Волан-де-Мортом.
Джеймс Поттер, ст.
Что ж, младший на своего деда очень похож.
Лили Эванс-Поттер.
Оказывается, рыжие волосы сестрицы Поттера могут быть не только из-за родства с Уизли.
Сириус Блэк. Ремус Люпин. Фред Уизли. Колин Криви…
А вот и главная гордость Гриффиндора, на которую Поттер похож не меньше, чем на деда.
Гарри Поттер.
Интересно, что герой магического мира старался спрятаться за грани фотографии, но это ему не сильно удавалось. Видимо, он это делал постоянно, и какой-то гений заколдовал фото так, чтобы изображение на нем не могло исчезнуть.
Тут же были «Гермиона Грейнджер-Уизли», «Рональд Уизли», «Билл Уизли», «Джордж Уизли», «Джинни Уизли-Поттер»… Святой Мерлин, а у нас Уизли-то все сплошные герои! О, и профессор Лонгботтом тут…
— Нет, с тобой точно что-то не так, Джеймс.
Скорпиус вздрогнул и обернулся к подошедшей Розе, что изучающим взглядом смотрела на кузена. Мерлин, займи ты эту девчонку чем-нибудь!
— Что опять?— лениво поинтересовался Малфой, не понимая, к чему сейчас вездесущая Уизли решила прицепиться.
— Хм, ты сам чуть не месяц блажил, чтобы этот стенд сняли, что тебе и в устной форме надоели вечные воспоминания о дяде Гарри… Разве не ты несколько раз сдирал фотографии, пока Тед не приклеил их невыводимым клеем? А теперь стоишь и любуешься…
— Может, я раздумываю, как тихо избавиться от этого кошмара?— усмехнулся Малфой, пытаясь понять, чем Поттеру мог помешать стенд. Значит, репутация собственного отца преследует Поттера не хуже, чем самого Скорпиуса. Пусть это совершенно разные шлейфы из прошлого, но суть-то одна…
— Слушай, пойди и ответь на письмо Лили. И, кстати, не забудь поздравить Альбуса с днем рождения,— Роза развернулась и пошла прочь. Даже дышать стало легче… То-то Поттер предпочитает в любой форме отбывать вечерами наказания, а не сидеть в гостиной.
Скорпиус пожал плечами и решил, что наигрался в Поттера.
*
Да, спальни Гриффиндора были порядком уютнее, ничего не скажешь. Хотя от слизеринских они мало чем отличались: красками да окнами.
Джеймс уселся на кровать Малфоя (ну, получается, на свою кровать) и оглядел его вещи на тумбочке. От почти идеального порядка Джеймсу стало не по себе. Идеальный порядок — нежилой порядок, это неправильно, даже мама это могла понять, хотя сто раз в неделю говорила Джеймсу, чтобы тот прибрался в своей комнате.
Пачка писем. Свеча. Перья и закупоренная чернильница. Сборник по Зельеварению. Тоненькая книжечка в кожаном переплете. Расческа.