— Я? — спотыкаюсь на ровном месте. — У меня нет своих сочинений, тем более на китайском! Да и играть на чем я буду?
— Исполнишь под фонограмму как гость фестиваля. Позвонишь своим, пусть вышлют фоно. Я договорюсь. Так что? На испанском у тебя неплохо получается, я видела. А почему на китайском ничего не поешь, ты ведь чисто говоришь? Согласен? Да?
— Да погоди ты! — с трудом вклиниваюсь в монолог. В Москве она не такая болтливая была. — Прислать могут только минусовку, фонограмм с голосом мы не писали. А мне сейчас вообще петь нельзя, врач смотрел связки — говорит потерпеть с полгода.
Фестиваль проходит на футбольном поле. На трибунах совсем мало людей, большинство на поле, вокруг круглой сцены. Видимо для отличия, школьники одеты в разные цвета одежды. Или это отличительные цвета школ. Оказывается, танцы также входят в программу, как раз сейчас выступает группа из восьми девочек с довольно забавным танцем. Хм, и это они сами придумали? Прикольно! Дальше несколько посредственных песенок и снова танец. Теперь юноши изображают бой монахов. Круто! Правда! Снимаю всё происходящее, покажу своим. Умеют же люди, а мы с трудом три песни на стихи Теи переложили. Вот если к ним придумать хорошее танцевальное сопровождение…. Интересно, а в Москве подобный конкурс есть? А если нет, смогу ли я организовать? Чем дальше, тем больше мне нравится происходящее. Главное что все новое, ничего нет скопированного или переделанного.
Победила девочка Лао Сунь, не запомнил, что она исполняла. А вот понравившаяся мне восьмерка получила всего лишь приз зрительских симпатий. А их можно было бы раскрутить в интернете скорее, чем нашу группу. Не знаю как в Китае, а в России на ура пойдет.
— Им еще школу заканчивать, для них гранд не нужен пока, — поясняет Ксу, заметив мой к ним интерес.
— Слушай, а можно с ними как то пообщаться?
— Но проблем! — Через несколько минут мы в палатке, которая служит для переодевания. Заходят девочки. Ой, нет, не девочки! Издалека казалось, что все девчонки, а оказалось из них четверо парни. Просто все в шортах одинаковых, а волосы сейчас в моде длинные. Знакомимся с ними, причем зная, кто такая Ксу, они совсем не испытывают робости. Наоборот, чуть ли не целоваться лезут. Вот теперь я верю в их свободу нравов, впрочем, шестнадцати им, на мой взгляд, тоже нет.
— А ты тот самый, из «Hope of the nation»? — узнали меня. Вау, не так всё плохо как я думал!
— Да, я организовал эту группу. Мне понравился ваш танец, вы сами его придумали?
— Это всё Юнь Ци, она у нас генератор идей, — показывают на самую скромную участницу, стоящую в сторонке.
— У меня есть для вас предложение. Давайте я буду выставлять ваши работы на своем канале. Также есть сайт, где мы рекламируем талантливых ребят. Если станете популярными — организую вам выступления в Москве. Как вам такое?
Внимание с Ксу мигом переключилось на меня. Вношу их данные в нетфон, добавляю в соцсеть. Мне тут же сбрасывают еще несколько их выступлений. Вот, американцы еще чешутся, а китайская группа готова. Уверен, нашим понравится.
— Юнь Ци, а ты можешь для нас танец придумать? — обращаюсь к девушке. Сбрасываю ей запись с придуманными нами композициями, обещает подобрать.
При расставании дело и правда доходит до поцелуев. Символических и только с девочками, не настолько у них еще свобода дошла. А я то, в монастыре и не знал о таком, там за шорты девочку могли палками побить.
Возвратившись в резиденцию, обедаем (хотя уже пора ужинать), потом Ксу потащила меня к лошадям. Нет, я их не боюсь, и даже не упал. Но лошади ненормальные как и Ксу! Медленно ходить не умеют, меня укачало больше чем на вертолете. В первый раз носиться на такой скорости, судорожно вцепившись за стремена (или как эта штука называется), удовольствие сомнительное. Зато нарядили меня красиво — шлем, ботинки высокие с какими-то шпорами, куртка со специальной защитой (если свалишься). Видео снятое Ксу, сразу пересылаю на свою страницу — похвастать. Зря, что ли мучился! К концу даже нравиться стало, только в промежности натер, несмотря на мягкое седло.
Я думал, на сегодня развлечения закончены. Ага, размечтался. Как стемнело, отправились на «Та пайтуей», что переводится примерно как: «большая супер вечеринка». Мне кажется, Ксу решила показать мне, что это такое на самом деле. У нас по сравнению с этим был утренник в младшей ясельной группе. Клуб в центре Пекина забитый народом, от 16 и до 40 лет. Несколько уровней на открытом воздухе, везде свои развлечения — музыка, стриптиз, игровые автоматы. Везде пьют, танцуют, устраивают конкурсы, борются, дерутся. Напитки развозят роботы, спиртное наливают, если можешь еще выговорить название. Ксу сразу потерялась, а меня сначала потащили танцевать несколько девочек, причем танец настолько эротичный, что я чуть не того …., ну вы поняли. Когда об тебя трутся самыми соблазнительными частями тела, трудно остаться равнодушным. Залил смущение двумя бокалами коктейля, незаметно для себя оказался в другом зале, где идет игра на фанты. Пришлось отдать футболку в качестве фанта, больше нечего — из одежды еще шорты и слайдеры. Но когда стали разыгрывать — удрал, решил пожертвовать одеждой. Просто когда увидел что вытворяют …., у меня язык не повернется даже сказать, а не то что участвовать! Далеко не сбежал, попался в руки двум китаянкам за 30. Лучше бы мне не знать китайский язык! От того что они мне предлагали уши скрутились в трубочки, стали как у эльфа. Пришлось выпить с ними еще пару бокалов, в расчете, что они вырубятся и я сбегу дальше. Когда понял, что я вырублюсь раньше — спасла меня Ксу. Точнее её телохранители, так как Ксу была тоже уже хорошо заряженная. Бросилась драться, решив, что меня обижают. Потом купались в бассейне с пеной, пели, пили, даже что-то курили. Последнее что помню, как хвастался своим прыжком с контейнеровоза и обещал повторить подвиг. Меня кто-то убеждал, что внизу не море, а мы на балконе пятого этажа. Раз не море, тогда точно не утону, тем более сейчас лето!