Тишина вдруг захлестнула Дона. Отдалась в ухе звоном, а в голове жуткой болью. Перед глазами помутилось. За этим колокольным звоном, за этим жутким писком отключенного тв Дон едва расслышал собеседника, и боль тут же отпустила, как не было. Черт, показалось?..
- А, да я тебя до дома подбросить хотел. Я сейчас подъеду, только с делами кой-какими разберусь. Какие это могут быть дела у Самойлова Дон примерно представлял. Встать с кровати, размять спину, натереть кремом больные колени, одеться поприличнее и закинуть в брюхо, и не что-нибудь, а целый обед на три персоны. Все в целом должно было занять у Самойлова час как минимум, а, зная его аккуратную манеру вождения, Дон мог предположить, что на саму дорогу от дома адвоката до больницы ушло бы куда больше часа. Мельтешить все это время перед злющей сестрой и сварливым врачом хотелось в последнее время. Могло статься, та или другой, приняв то за благородный жест, заслуживающий хорошего врача, решат составить Дону компанию. Увольте, нет, лучше он за эти два часа сам доберется до дома, пускай пешком, потому что в транспорте его точно вырвет, пускай по жаре - он сможет. - Нет, я как-нибудь сам... - Никаких сам! Ты болен! Ты пережил ужасную аварию! - Меня подбросит мой коллега. Мы уже договорились. Трубка невольно захлебнулась горестными вздохами, которые извергал откуда-то из глубин тучный адвокат Самойлов. - Ладно, но я все равно завтра заеду. - Заезжай, бога ради. Илюх, давай без долгих прощаний - мы ж не бабки.
- Хорошо... - Дон ощутил на ухе капельки чужого пота. - Но ты мог хотя бы сказать мне! Нет, ну, правда, ты же...
Что еще хотел сказать адвокат Самойлов Дон не понял. Он быстро отключился, надеясь, что ужасная кара в виде тучного деда с красной физиономией его все же минует. Черт, вот достал! Дон в сердцах сплюнул. Нет, ну, правда. Раньше Самойлов, может, и был неплохим парнем, когда был помоложе, попроще, но сейчас он походил единственно на старую больную черепаху, про которую так любят шутить старики.
Дон решительным шагом направился к медсестре, он нацепил на себя всю свою уверенность, скосил глаза к центру, нахмурившись. Казалось, сестра тут и грохнется в обморок от одного его вида. Ее аж затрясло, старую. Дон на ходу бросил той телефон - женщина в последнюю секунду умудрилась схватить пухлыми скрюченными пальцами скользкий корпус. Если бы не схватила, а Дон был готов и к этому, то он бы рванул на всех парах вон из здания. Его бы скрючило у дверей - тем лучше. В спину ему понеслись галопом пока еще робкие ругательства, но ждать их пикового момента, как называл это про себя Дон, у мужика времени не было. Желания, честно сказать, тоже.
Пустой двор раскинулся перед больницей, точно пустыня киношного вестерна. Дон окинул взглядом пустырь и только потом вспомнил про аварию. Черт, нет, его малышка... Если уж его положили в больницу к этим старперам, то старушку тем более отвезли на свалку, а Самойлову поди не хватило ума поехать и забрать машину. Единственный друг по сути, теперь уже далеко, так что Дону в любом случае придется привыкать к ногам. Он только подумал о них и сразу ощутил, какие они деревянные на деле, скрюченные, как те же пальцы медсестры. Это уже были не его ноги. Старость подкрадывалась незаметно, ее не замечаешь, пока не встретишь в лоб. Своим лбом Дон пробил ни одну стену на своем пути, глубоко в душе надеялся обойти и смерть, но заранее был готов к самому худшему. В молодости он верил, что никогда не доживет до седых волос, но вот он скоро облысеет и мечтает о другом - не сдохнуть так просто. Да, пожалуй, подыхать он не собирался, как и превращаться в дряхлую махину со скрюченными ногами.
Дон покинул двор больницы, мордой вперед окунулся в потную и грязную толпу. Все куда-то спешили, и Дону пришлось вплотную прижаться к домам, чтобы его не снесло волной. В их тени шагалось легче, тем более что из подворотен дул прямо в рожу сквозняк. Несмотря на это, Дон шел, тащил за собой свое грузное тело, ощущая накатывающей волной боли в желудке и легких каждый чертов шаг. Он не признавал скамейки, которые вклинили тут и там по улицам словно поганки, но сейчас он был готов выплюнуть свои легкие, а вместе с ними и дурацкие принципы. Дон грохнулся на одну такую, запрокинул голову к небу. Черт, ему б только до дома дойти. Там уж он придумает, что со своим недугом делать. По пути, если хватит сил - а ему при нынешнем его состоянии должно на все хватить сил, - зайдет в виноводочный. Будет непростительно обойти это место, тем более что никакие лекарства Дону в его возрасте уже не помогали.