Это любовь изменила Саске. Причем не любовь Сакуры, а его собственная к ней. Этот отсвет – любовь, которая была в жизни Саске до смерти его родителей, его клана, до ухода Итачи.
- Наруто, ты слишком возбужден. Успокойся, пожалуйста, - попросила Сакура тихо. – Мне трудно контролировать твою чакру, когда она прыгает и бесится в тебе.
- Извини, - пробормотал Наруто, пытаясь вернуть себе спокойствие.
Неожиданно с губ Саске сорвался вздох, и безжизненная маска исчезла с бледного лица, словно ее унес порыв ветра. Ресницы затрепетали, но глаз он не открыл.
- Еще немного, - прошептала Сакура.
Тут Наруто понял, как она устала. Голос был тихий, лишенный жизненных сил и бесцветный. Последнее усилие далось ей нелегко. Зеленоватый свет дрожал, грозя пропасть совсем. Наруто видел, сколько усилий Сакура прикладывает, чтобы поддерживать поток их чакры в тело Саске. Ее наряжение ощущалось физически и изматывало Наруто, который абсолютно ничем не мог ей помочь, хоть и хотел всем сердцем.
Сакура резко сбросила его ладони и упала навзничь около Саске. Наруто подскочил к куноичи. Она тяжело дышала и хватала ртом воздух, как рыба, выброшенная из воды на берег.
- Тише, тише, - обеспокоено проговорил Наруто, поддерживая Сакуре повыше голову.
- Он должен сейчас очнуться, - пробормотала она. - Почему он не приходит в себя?
Руки Сакуры судорожно сжали отвороты плаща Наруто.
- Сакура, нужно просто подождать, - проговорил Узумаки, пытаясь пресечь ее попытки подняться, которые все равно были бесполезны, так как она слишком ослабла.
- Сакура, - начал Наруто, - ты не должна так себя изматывать. Ты – не одна.
- Я не могу его потерять, - шептала она, вцепившись в его руки.
Наруто почувствовал, что потоком из него хлынула энергия. В голове что-то громко ухнуло, он покачнулся.
- Прости, - выдохнула ему на ухо Сакура.
- Все в порядке, - откликнулся он. – Правильно сделала. Только в следующий раз, давай не так резко.
- Это ребенок, - голос Сакуры окреп, но в нем слышались виноватые нотки.
- Я предупреждал, - проворчал Наруто. – Думаешь, Учиха не позаботились о сохранении своего потомства?
- Какой ребенок? Наруто, что ты бредишь, - голос Саске, хоть слабый и еле слышный, заставил обоих вздрогнуть и отпрянуть друг от друга.
- Саске! – Наруто повернулся к другу.
Что-то было во взгляде Саске такое, что Наруто осекся. Он не мог говорить, слова замерли на губах.
- Ксо! Почему так темно? – Саске поворачивал голову, пытаясь всмотреться в окружавшую его темноту. – Наруто, теперь ночь в этом мире настолько темна, что я и тебя не могу увидеть?
- Саске, - тихо позвал Наруто.
Тот повернулся на его голос. Учиха сидел, опираясь на здоровую руку, а другая была еще прижата к боку.
- Саске, сейчас день, - грустно проговорил Наруто.
- Так, - припечатал Саске. – Это значит, что я ослеп.
Он разразился ругательствами. Наруто хотел остановить его, но Сакура жестом попросила не делать этого. Она с тихой печалью смотрела в глаза Саске, видя в них лишь свое отражение. Темные глаза не выражали ничего, смотрели мимо, не останавливаясь ни на одном предмете, не видя ее, не замечая солнца, неба. Они были пусты, и лишь поток беспрерывной брани выдавал чувства Саске Учиха.
Наконец, ругательства кончились, и Саске лег на спину, плотно сжав губы, но глаз не закрыл. Казалось, что он изо всех сил пытается разглядеть хоть что-нибудь в своей чернильной тюрьме.
- Позволь мне осмотреть тебя, Саске, - осторожно подала голос Сакура.
У Наруто пронеслась мысль, что сейчас Саске снова начнет ругаться. Он ошибся.
- Ты здесь? – прошипел Учиха и задохнулся от накатившего потрясения и возмущения.
- Слушай, Саске, - быстро начал Наруто, пытаясь предотвратить семейную сцену, - что с Мадарой?
Вопрос не сразу дошел до Учиха. Он прикрыл бесполезные теперь глаза и пару раз вздохнув, вернул себе хладнокровие.
- Мадары больше нет, - спокойно ответил Саске.
- Расскажи, - в голосе Наруто впервые послышалось напряжение.