- Наруто, - Какаши тихо позвал шиноби, все еще стоящего у окна. – Нам нужно вернуться домой, в Коноху. Мадара объявил войну и…
- Мадара, - Наруто посмотрел на Какаши и невесело усмехнулся. – Мадара, мне кажется, вряд ли теперь будет воевать или даже нападать, - пожал плечами Узумаки.
- Ты что-то знаешь? – чуть громче поинтересовался Какаши, что выдало его волнение.
- Я так чувствую, - твердо ответил Наруто. – Но я попробую обнаружить его.
- Он может быть там, где тебе его не найти, в какой бы режим ты не вошел, - резонно заметил Какаши.
- Ну, я попытаюсь, - оптимистично отозвался упрямый Узумаки и тут же у окна сел в позу лотоса.
Какаши закатил единственный глаз, без слов признавая свое поражение. Спорить с Наруто – это все равно, что против ветра плевать. Какаши уже понял, что мальчишка что-то знает и скрывает, причем достаточно виртуозно. И еще Какаши отлично понимал, что Наруто ни при каких обстоятельствах не откроет ему всей правды, если только это не будет угрожать деревне.
Поэтому он просто решил выгнать всех из комнаты и объявить полный сбор через полчаса, чтобы двинуться по домам.
Киба, Ямато и Сай под руки увели рыдающего Ли. Гаара, Канкуро и Темари поспешили выйти сами, несколько смущенные всей этой запутанной ситуацией и поведением Наруто. Сам Какаши покинул комнату последним. Когда он посмотрел на Наруто, то увидел, что тот не изменил позы, не шелохнулся и не открыл глаза. Какаши подумал, что с выдержкой у парня явно все стало намного лучше и двинулся помогать шиноби, чтобы унять истерику несчастного Ли.
Наруто, наконец, ощутив себя в полном одиночестве, открыл глаза и уставился в окно невидящим взглядом. Он знал, что Мадары нет поблизости, как нет ни Саске, ни Сакуры. И хотя его предположение, что Мадара не станет пока начинать боевых действий, основывалось по большей части просто на догадках, Наруто все больше убеждался в том, что Мадару он увидит не скоро, а может быть никогда. Правда, Мадара мог найти Саске и тогда… Наруто решил не думать о том, чего могло никогда не случиться. Шанс, что Мадара найдет Саске и Сакуру был настолько ничтожным, что вероятность того, что это событие хоть когда-нибудь произойдет превращалась практически в ничто.
Наруто вздохнул. Желание увидеть Сакуру было слишком сильным, чтобы он совсем уж не думал об этой возможности. Конечно, он понимал, что это грозит очередной войной миру шиноби, погибнет много врагов и друзей, а может, и он сам. Но любовь его была эгоистичной, как у любого человека, который слишком сильно влюблен. А Наруто отдал свою любовь без борьбы. Просто ради счастья той, кого любил. Именно поэтому сейчас он так терзался и мучился, потому что больше всего на свете он хотел сейчас наплевать на свое дурацкое благородство и открыть этим двоим свое сердце, сказать слова, которые он не сказал, чтобы не причинить им боль.
Наруто сжал кулаки так, что хрустнули костяшки пальцев, а ногти впились в ладони, прорывая кожу.
- Но ты хоть все зубы скроши, а она Саске любит, - в отчаянии подумал Узумаки.
- Наруто! Ну, что там с Мадарой? – спросил Какаши, заглядывая в комнату.
- Ничего, - проворчал Наруто. – Его нигде нет, как я и ожидал.
- Тогда выходим!
- Иду! – гаркнул Наруто, резко вскакивая и бросаясь собирать вещи.
Путь до дома оказался короче. Наруто так хотел попасть в деревню, что все время всех подгонял и ужасно всем надоел. В конце концов, Гаара, Канкуро и Темари приняли решение, что пойдут в Сунну другой дорогой. Гаара похлопал Наруто по плечу, пробормотал что-то похожее на слова сочувствия, смешался, запутался, отвернулся и исчез в зеленой листве. За ним последовали Канкуро и Темари. Наруто распрощался с песчаными ниндзя без сожаления и особого проявления чувств. Он летел домой, желая лишь одного – покоя, который, как ему казалось, он обретет именно в родной деревне.
На подходе к Конохе к Наруто присоединился Какаши. С полкилометра они молча следовали вместе. Мимо быстро проносились верхушки деревьев. Наруто мчался вперед, не ведая усталости и распугивая на ходу зазевавшихся птиц. Он со свистом рассекал воздух в прыжке от ветки до ветки.