План в общем-то был готов, оставалось только перебороть страх, подойти к ней на перемене и пригласить на прогулку. Только и всего. Миша уже не раз испытывал соблазн написать ей через WhatsApp или ВКонтакт, но каждый раз удерживался от этого шага, мысленно проговаривая: «Лично, только лично, иначе ничего не получится».
Он добрался до дому только через сорок минут после окончания занятий. Вообще напрямки было минут пятнадцать, но Миша сделал большой крюк и прошёл неподалеку от дома Жанны, отрабатывая очередной вариант маршрута. До настоящей осени было ещё далеко и от тёплого ветерка шелестела еще не пожелтевшая листва, а какие-то пичуги в палисадниках чирикали весело и жизнерадостно. Он любил думать на ходу, представляя развитие событий, словно алгоритм компьютерной программы:
var A = метод_API_для_запроса_статуса_желания ("мороженое")
if (A.желание = "да")
{
куплю мороженое
или
действия для покупки мороженого
}
else
{
не куплю мороженое
или
действия для выбора другой покупки
}
— если думать так, становилось совсем не страшно, и даже возможный отказ выглядел просто усложнением задачи.
Дома никого не было. Мама Миши работала старшей медсестрой в местной районной больнице и сегодня до девяти вечера была на дежурстве. Отца никогда не знал, а мать ничего не рассказывала. Немного повзрослев, он понял, что тот был старше матери и женат на другой женщине, вроде был её начальником или просто кем-то высокопоставленным. Миша никогда об этом не спрашивал, просто бабушка, которая в основном и занималась его воспитанием до двенадцати лет, несколько раз случайно об этом проговорилась. Когда бабушка умерла, они стали жить с матерью вдвоём в бабушкиной двухкомнатной квартире, которую получил ещё дед, в прошлом начальник цеха на местном электровозоремонтном заводе. Ситуация в общем была обычной, в их классе меньше трети учеников воспитывались в полных семьях, у остальных были только матери-одиночки и никого это не смущало.
Дом был старый, построенный в пятидесятых годах прошлого века. Двухэтажная постройка внешне походила на обычные бараки с коммуналками внутри, но здесь уже был общий подъезд — по четыре квартиры на каждом этаже. В прошлом жильё было элитным, в такое селили инженеров и прочее заводское начальство. В девяностые завод канул в Лету, и их район пришёл в полное запустение и превратился в небезопасные трущобы. Только их дом и ещё один соседний, тоже разделённый на квартиры, ещё сохранял хоть какой-то приличный вид. Прочие же двухэтажки с коммуналками и деревянными перекрытиями, казалось, вот-вот развалятся на глазах.
Миша давно привык к самостоятельности. Мать очень много работала, чтобы прокормить семью, и он брал на себя все домашние обязанности, включая стирку и уборку. Выходило не очень ловко, но мама радовалась и этому. После смерти бабушки она пожертвовала часть накоплений на покупку компьютера, о котором сын давно просил.
В четырнадцать лет, освоив начальные навыки, Миша начал подрабатывать по знакомым переустановкой Windows, очисткой от вирусов, добывая таким образом деньги себе на карманные расходы, а если везло, то и на новые детали для компа. С недавних пор он увлёкся ещё и ремонтом современной техники, включая пайку микросхем, но пока ещё не собрал деньги на покупку всех нужных инструментов. Организация свидания с Жанной казалась ему более важной, и пока Михаил ограничивался просмотрами видеоуроков на YouTube.
После уборки в квартире он обычно принимался за уроки. Раньше ещё был досуг в виде онлайн-игр, но в последнее время он забросил это занятие — слишком много появилось других дел. Конечно, хотелось отвлечься от серой жизни и погрузиться в красочный мир игры, но он вполне успешно сдерживался, каждый раз напоминая себе, что нужно сделать что-нибудь полезное; например встать и пройтись по району, расклеивая объявления с предложением собственных компьютерных услуг.
Вечером, когда уже стало темнеть, Миша отправился встречать маму из больницы. Это уже стало своеобразным ритуалом. Он ждал её у ворот больничного парка, и они сначала шли за продуктами в «Пятёрочку», а потом возвращались домой. Мать боялась ходить одна, и в этих походах он чувствовал себя мужчиной и защитником. По дороге он обычно рассказывал ей о своих делах в школе, а она делилась проблемами, которые возникали у неё на работе. В этих походах было какое-то особое умиротворение, дарующие им обоим состояние душевного покоя. Вернувшись домой, они вместе ужинали, а потом каждый сам занимался своими делами. Мать обычно сразу ложилась спать, а Миша надолго засиживался за компом, рассматривая фотографии Жанны и оттачивая свои стратегические планы.