Жанна снова прервалась, словно подбирая слова, и опустила взгляд в раскрытую тетрадь, лежащую перед ней на парте. На этот раз возгласов не было, класс слушал её в полном молчании. Девушка глубоко вздохнула и продолжила:
— После нападения вокруг Елены Андреевны появились ещё более отвратительные слухи. Я не буду их повторять, вы все слышали и вдохновенно шушукались об этом по углам, забыв, что за человек наша классный руководитель. Эти же слухи коснулись и меня, и Миши, его даже сильнее, и Ксению Олеговну. Как будто нашу учительницу вымазали в грязи, и каждый, кто пытается из этой грязи её вытащить, пачкается тоже. И, знаете, что самое противное? То, что вы все, самые близкие и родные для неё люди, помогаете неизвестной мрази поливать Елену Андреевну дерьмом. Фиг с ним, с мужем; даже родная мать от неё отвернулась. Но я не хочу отворачиваться. Я хочу помочь! Кто со мной? Вставайте! Ну же!
После нескольких мгновений паузы раздался синхронный грохот отодвигаемых стульев, и весь класс поднялся в едином порыве. По рядам пронёсся гул обсуждения, но в этот раз мгновенно смолк, едва Жанна подняла руку, чтобы хлопнуть ладонью по столу. Ивова улыбнулась и предложила:
— Я хочу, чтобы вы сейчас же написали Елене Андреевне слова поддержки и благодарности. А ещё очень важно, чтобы любому, от кого вы услышите вонючий высер про нашу учительницу, вы говорили правду и по мере сил боролись с этим дерьмом. Я сама бы плюнула в рожу каждому, кто распространяет эти пакости.
— Что плевать? — надо сразу в морду давать! — заорал Сёма.
— Правильно, надо поддержать Елену Андреевну! — подхватила Света.
— Она самая лучшая учительница!
— Да, правда!
— Двоек в четверти никому не ставила.
— Помогала, дополнительные опять же устраивала.
— Даже родакам моим не заложила тогда…
— Я сейчас, сейчас же напишу…
— Блин, а правда, я и не подумала…
— Нужно…
— Садитесь! Можете прямо сейчас написать сообщения! — воскликнула Жанна, а затем повернулась к завучу и продолжила максимально твёрдым и уверенным тоном: — Галина Григорьевна, я при поддержке всего класса заявляю, что все слухи про Елену Андреевну — грязная ложь, и ни она, ни Штифлев ровным счётом ни в чём не виноваты! Я сама там все время присутствовала и могу быть свидетелем!
В классе снова воцарилась гнетущая тишина. Завуч обвела кабинет внимательным взглядом, а затем молча двинулась к доске, возле которой переминался с ноги на ногу Миша. Выйдя на видное место, Гидра заговорила спокойно и уверенно:
— Спасибо за этот замечательный урок истории! Жаль только, что Ксения Олеговна так легко позволяет сорвать своё занятие. Я словно на машине времени переместилась в свою комсомольскую юность. Вы, конечно, этого не знаете, но ваши родители ещё застали и пионерскую, и комсомольскую организации. Так вот там по разным поводам проводили похожие собрания. Жанна, в те времена ты была бы прекрасным комсомольским вожаком, с большими перспективами по партийной линии!..
Галина Григорьевна выдержала театральную паузу, продолжая внимательно всматриваться в лица ребят. Все замерли и сидели молча, некоторые даже, точно в первом классе, машинально сложили руки одну на другую и ждали, что будет дальше. Завуч чуть прокашлялась и продолжила.
— Я всецело поддерживаю вашу позицию по борьбе со слухами. Учителя всегда на виду, и про них часто говорят гадости, обвиняют в коррупции и ещё бог весть в чём. Про своих учителей действительно нужно говорить правду и изобличать тех, кто выдумывает россказни. Плевать в лицо и драться, конечно, не надо, а так всё верно Жанна сказала. Учителям всегда тяжело, им нужна ваша поддержка — и не только на словах, но и на деле. Вы должны вести себя хорошо и дисциплинированно, чтобы не позорить ни своих преподавателей, ни школу. Вот посмотрите, как Ксения Олеговна переживает за сорванный урок. Но ничего не поделаешь: раз ситуация назрела, нужно было о ней поговорить.
— Нет-нет, я не поэтому,— торопливо стала оправдываться учительница истории.— У меня просто с утра плохое самочувствие, голова заболела, вот я и села, но сейчас уже… Сейчас таблетку выпью, станет легче.
— Хорошо,— кивнула Гидра и вновь повернулась к классу.— Со своей стороны хочу заявить, что я работаю в школе уже больше тридцати лет, насмотрелась всякого и всё понимаю. Елена Андреевна — учитель хороший, заменить её некем и, разумеется, на основании глупых, ничем не подтверждённых слухов никаких санкций к ней применено не будет. Наоборот: руководство, возможно, даже выдаст ей премию, чтобы поддержать в тяжёлой жизненной ситуации. Тот факт, что она в такой момент не бросила работу и нашла в себе силы вернуться в школу и готовить вас к ЕГЭ — это достойно уважения.