Скрежет! До неё донёсся слабый скрежет металла. Кто-то неумело пытался провернуть ключ в замке! Его личинка была очень тугой, давно требовала смазки, но Серёже всегда было некогда, он-то проворачивал ключ без усилий, а на жалобы Лайки только усмехался. «Сейчас ключом двигает не муж! — пронеслось в голове у страдалицы.— Он кому-то отдал ключи!».
Послышался звук открывающейся двери, пара осторожных шагов и возглас:
— Лена, ты здесь? Есть кто-то дома? Ты ключи у меня забыла, я принесла. Лена?..
Ещё три робких шага — и в комнату заглянула Ксения, замерев на пороге от открывшейся жуткой картины. Спустя пять секунд она пришла в себя и бросилась на помощь подруге.
— Что с тобой, что? Кто это сделал? — испуганно бормотала она, пытаясь освободить лицо Лены от скотча. Через минуту её старания увенчались успехом, и Лайка с трудом прошептала.
— Забери меня!.. Помоги! Бежим скорее, он вернётся, бежим, бежим, спрячь меня, бежим, ой…
Ксения, ни слова не говоря, схватилась за нож и в два движения освободила её руки. Потревоженный порез снова закровоточил, но историчка не обратила на это внимания. Она подхватила подругу под мышки и помогла подняться, затем быстро увлекла за собой к выходу. Лена стояла, держась за стену и шатаясь от накатившей слабости, пока Ксения бросилась потрошить шкаф в прихожей. Она извлекла длинное пальто и резиновые сапоги, помогла Лайке попасть ногами в холодные голенища, набросила неё пальто, не заботясь о рукавах, и буквально вытолкнула на лестничную клетку. Сама подхватила Ленину сумочку и выскочила следом.
— Побежали ко мне,— шепнула она подруге, крепко обняв за плечи.— Побежали быстрей!
Ливень низвергался с небес непроницаемой стеной. Ксения раскрыла зонт, и они, прижавшись друг к другу, бежали под ним, не разбирая дороги. Пару раз спотыкались о бордюры, ноги разъезжались на скользкой глине дорожек, но всё равно быстро двигались вперёд, подгоняемые животным страхом. Улицы были пустынны, и на странную пару никто не обращал внимания, так что спустя двадцать минут они наконец оказались в комнате Ксении. Хозяйка осторожно уложила подругу на кровать и поспешно вернулась к двери, чтобы скорее закрыться на оба замка.
Глава 19. Добровольная ссылка
Ксения вернулась в комнату и замерла в нерешительности, не зная, что делать дальше. Лена на кровати куталась в плед и дрожала то ли от холода, то ли от страха. В комнате и правда было холодно, можно было включить электроплитку, но раньше Ксения опасалась это делать не столько из-за расходов за свет, сколько из слабости старой проводки. Теперь же выбирать не приходилось, и она включила на максимум обе конфорки. На двери и на полу остались кровавые следы, и хозяйка полезла в чемодан в поисках аптечки. Найдя необходимое, опустилась на кровать рядом с пострадавшей и участливо зашептала.
— Лена, покажи, где болит? Рука поранена? Дай посмотрю!
Та молча кивнула и протянула перепачканную в крови ладонь.
— Тебя бы помыть горячей водой, да укутать,— вслух размышляла Ксения, глядя на дрожащую Лену, которая никак не могла успокоиться и прийти в себя.— Кто это сделал?
— Муж,— коротко выдохнула Лена.
Ксения вздрогнула. Все последние десять минут она колебалась, решая — нужно ли звонить в полицию или нет. Почему-то ждала, что Лена об этом попросит, но теперь поняла, что этого не будет. В голове пронеслись воспоминания о собственном бесконечном полицейском допросе, по спине побежали мурашки, и она поспешила отвлечься, занявшись обработкой ран. Сначала тщательно промыла порез хлоргексидином, а затем перебинтовала, оставив свободными пальцы. Рана была не очень глубокой, но довольно длинной — из тех, что долго заживают из-за постоянного движения рукой.
— Полежи тихонько, я сейчас за водой сбегаю,— сказала Ксения, укутывая Лену вторым одеялом.— Сейчас всё будет хорошо.
Она принесла с кухни два ведра воды и поставила их на плитку. Вышла своеобразная батарея, которая лучше нагревала комнату. Потом Ксения притащила из коридора довольно обширное цинковое корыто, служившее хозяйке для стирки белья. Теперь острой надобности в нём не было: на кухне стояла автоматическая машинка, купленная в складчину и с чётким расписанием пользования всех жильцов. Ксения пользовалась ею только глубокой ночью, чтобы не спорить с соседями, стараясь делать это как можно реже. Всякую мелочь она стирала вручную в тазике, и задействовать корыто ей пока не доводилось. Наполнив ёмкость тёплой водой, она раздела Лайку и принялась, как ребенка, купать её в корыте, при этом осторожно осматривая и ощупывая повреждения.