Удивительно.
Я стояла под тёплыми струями душа и никак не могла перестать думать. Неожиданно вспомнила, что вчера мы совершенно не предохранялись – и испугалась, что могу забеременеть. Хотя могут ли адаптеры вообще забеременеть? С другой стороны, чем мы отличаемся от обычных людей, кроме бионического имплантата, который вживили в наш мозг ещё до рождения? Не знаю. Исследований никаких нет. В любом случае, не то, чтобы это было так плохо, но...
Я ещё не готова! Совсем!
Проклятье, как же быстро всё получилось!
А ещё мне было страшно. Очень страшно. Эмоции были такими сильными, что... Я боялась исчезнуть. Полностью. Раствориться в чувствах к нему без остатка. Конечно, Ник тоже признался мне в любви – но в тот момент я сама призналась бы в чём угодно. Мы оба задыхались в какой-то бешеной эйфории и...
Слишком хорошо, чтобы быть правдой. Слишком идеально. Слишком много для меня одной, и мне кажется, что сердце вот-вот разорвётся от переизбытка чувств. Никогда ещё в моей жизни не было этой неестественной радости, от которой кружится голова. И это безумное, ёкающее внутри счастье...
Что если это только иллюзия?
«Не порть всё своими сомнениями!» – взбунтовалась искренняя душа.
«Даже феерическая близость не способна решить все проблемы!» – цинично заметил разум.
«Проблемы, может, и не решит, но зато сделает их куда приятнее!» – расхохоталось легкомысленное сердце.
Проклятье! Захотелось взвыть и приложиться о стенку душевой кабины. Что же мне теперь делать?! Что?! Какое будущее ждёт меня рядом с Ником? Почему я не могу читать его мысли? Совсем! Получается, что он всё же меня обманул? «Закрытая циклическая сеть», «оба связанных разума получают почти одинаковые возможности».
Или мне следует радоваться тому, что хотя бы не стала «куклой»? Безвольным, помешанным человеком, который полностью зависит от связанного с ним субъекта? Ведь именно этим и пугал меня Савелий. Ведь именно поэтому я и боялась связи с более сильным адаптером!
Кстати, о Савелии. Что же всё-таки случилось на острове? Их действительно арестовали? А как же Хоуп? Неужели Меньшиковым как-то удалось отключить компьютерную сеть?
Или дело в гибели Филина?
Сжала пальцами переносицу. Казалось, что голова взорвётся сейчас от мыслей. Проклятье! Я окончательно запуталась. И в своей жизни, и в отношении ко мне Ника, и... во всём остальном!
Понимала только одно. Что перестала понимать что-нибудь совершенно.
ГЛАВА 20.
К счастью, мне привезли вещи. Оказалось, что Ник может теперь управлять Виктором. Сколько же было радости, когда я обнаружила пакет с одеждой! Быстро натянула джинсы и кофту и зашла на кухню в твёрдом намерении серьёзно поговорить.
«Какие же мы серьёзные».
«Надолго тебя не хватило», – укоризненно подумала я, усаживаясь за стол.
Стащила с тарелки большое красное яблоко и повертела его в руках. Слегка надкусила и запила апельсиновым соком. Ник следил за мной прищуренным взглядом и ничего не ел.
Быстро покончив с завтраком, я сделала глубокий вздох и решила начать с самого главного:
– Так почему же я не слышу твоих мыслей? Это из-за того, что ты сильнее, да?
Он передёрнул плечами и задумчиво промолчал. Это дурацкое чувство, что тебя подпустили так близко, ближе, чем кого бы то ни было, но при этом не доверяют полностью. Почему?! Ведь я... Когда смотрела на его идеальное лицо, на чувственный изгиб губ, в эти сумасшедшие светло-зелёные глаза, готова была отдать ему что угодно! И сердце, и разум. Уже отдала!
И он знал обо мне всё на свете!
Не выдержала и, встав со стула, притянула его лицо к своему. Поцеловала крепко, сердито, пытаясь одновременно проникнуть в его мысли. Бесполезно! Глухая стена.
– Значит, дело не в одностороннем ментальном контакте. Ты меня не пускаешь! Сам! – голос позорно сорвался.
В животе у меня что-то сжалось. Конечно, сказок не существует! Уж мне ли об этом не знать. Обида была столь сильной, что я готова была разрыдаться. Хотелось получить не просто физическую близость, но и доступ ко всем его мыслям, чувствам, эмоциям...
– Ты действительно этого хочешь?
Я попыталась отстраниться, но меня не пустили. От злости перед глазами пошли красные круги. Рассерженно зашипела, но Ник, не обращая на это внимания, усадил меня на колени.
– Малышка, прости, но так надо, – уткнулся лицом в мою шею. – Если бы только можно было по-другому... Но тебе лучше пока ничего не знать. Исключительно для твоей безопасности, – на последних словах его голос прозвучал жёстко.