– Да.
Невозможно! Нет, как же, серьёзно, я могла об этом не знать?! Теперь всё понятно. Хотя ничего не понятно! Он же меня шантажировал, угрожал мне и...
– Фредерик просто любит играть в кукловода, – убеждённо сказал Ник. – Но вы с Жанной – единственные, кто у него остался. Любимые внучки, и он перегрызёт горло любому, кто посмеет вас обидеть. Однажды я прочёл его мысли – так что можешь не сомневаться в моих словах.
Я нехотя кивнула. Возможно. Хотя и почти не верится. Родственные связи – ещё не гарант надёжности. Савелий вообще мой отец! Но горло способен перегрызть только лишь мне самой.
Как бы то ни было, я вовсе не намерена никуда уезжать.
«Да-да, и не хмурься! – мысленно обратилась я к Нику. – Ты не можешь решать за меня всё на свете. Даже ради моей безопасности. И не пытайся соблазнить меня Парижем!»
«А, может, я попытаюсь соблазнить тебя чем-то другим?» – задумчиво спросил Ник.
Прозвучало как-то зловеще.
Его рука легла мне на колено и принялась медленно подниматься вверх. Так медленно, что... Словно по оголённым нервам. Стало невыносимо жарко, и я почувствовала, как задыхаюсь и снова лишаюсь воли. Окончательно.
– Скажи, малышка, а ты специально, – горячий шёпот обжёг мне ухо, – надела джинсы?
Нет, он что, издевается?! Кровь мгновенно бросилась мне в лицо. Я разозлилась – и в ту секунду вскочила с его колен.
– Да ты...
Неожиданно в наших сознаниях раздался посторонний механический голос.
«Девять сорок. Через двадцать минут нужно быть в «Burattinaio».
«Виктор? – несказанно обрадовалась я. – Это, правда, ты? С тобой точно всё хорошо?»
«Вчера произошло незапланированное отключение. Сейчас проблем нет».
Я почувствовала, как мои губы растягиваются в счастливой улыбке. Нет, как же всё-таки я за него волновалась! Обидно было бы потерять такого верного друга.
Неожиданно я заметила, как нахмурился Ник. Сжал челюсти и посмотрел на меня гневным взглядом. Неужели?.. Сначала даже не поверила, но потом...
– Ты осознаёшь, что ревнуешь сейчас к компьютеру? – спросила я не без сарказма.
– Он больше человек, чем ты думаешь, – огорошил меня Ник.
Я нахмурилась.
– В смысле?
Он закатил глаза, но всё-таки пояснил:
– «Настоящие» киборги живут максимум год. За это время они разлагаются изнутри. Как фэнтезийные зомби. Те, кто живёт дольше... После клинической смерти их сознание каким-то образом задерживается в теле. То есть разум твоего Виктора далеко не полностью состоит из компьютерного имплантата. Осталось что-то и от человеческого сознания. И рано или поздно это «что-то» может взять вверх. Такие киборги опасны и нестабильны – и, несмотря на более длительный срок годности, в нашей компании их уничтожают сразу.
– Бред! – искренне возмутилась я. Почему-то казалось, что Ник мне чего-то не договаривает. – Не может же быть, чтобы Виктор что-нибудь понимал! Да даже если и так... У тебя, между прочим, у самого были толпы «любовниц»! И я ни за что не поверю, что ты совсем не испытывал к ним желания!
Ник вместо того, чтобы смутиться, почему-то бросил на меня насмешливый взгляд. Осмотрел с ног до головы – и я почувствовала, как наэлектризовывается всё моё тело. А мне реально захотелось вцепиться ему в глаза. Или, наоборот...
Нет, ничего «наоборот» мне совсем не хотелось!
– А ты испытываешь желание к еде? – с едва заметной усмешкой спросил он.
– Ну смотря какая еда. Всё зависит от вкуса! Да и вообще мне пора к Фредерику, – не совсем логично закончила я.
На самом деле к Фредерику мне ни капельки не хотелось, но Нику было необязательно об этом знать! Пора было бы уже заканчивать этот разговор и...
«А пару минут назад кое-кто был «не намерен никуда уезжать».
«Да я и сейчас... Ник!»
Проклятье! Он многозначительно выгнул бровь, а мне захотелось взвыть. Когда же я, наконец, привыкну, что все мои мысли стали достоянием общественности?!
– Ну с общественностью, пожалуй, несколько преувеличено, – он неожиданно встал и заключил меня в стальные объятия. – А тебе когда-нибудь говорили, что когда злишься, ты невероятно красива? Как сексуальна, как...
Нет, ну меня реально снова пытаются соблазнить! А я не хочу, то есть... Я не собираюсь ему позволять, пока он не даст прочитать все его мысли! Да и Виктор ждёт.
– Пусть подождёт, – раздражённо шепнул Ник. Его глаза потемнели и блеснули голодом. Почувствовала, как вокруг наших разумов появляется блокирующая стена. – Ты же не думала, что я отпущу тебя без «прощального поцелуя»?