– Карина, противоположную, сторону Шило.
Дуду-дуду-ду
Перебил Данилу рокот, пулемёта. Бланш молодец, не дала неизвестному стрелку даже перезаредиться.
– А-А-А…
Кто то завыл нечеловеческим голосом. Из тех кустов, про которые Данил и думал.
– Темнило, стой. Шило, Геха, на выход. Остальные прикрывают.
Данил, сам насколько возможно быстро выскочил из шагохода. За ближайшими кустами не переставал кто-то орать.
– Шило, правее пригибаясь, Геха левее. Вперёд! Остальные, стрелять во всё что шевелиться.
– Не надо стрелять, мы сдаёмся!
Послышался крик из кустов.
– Выходи по одному, задрав высоко руки.
Никакой реакции.
– Если, насчёт три не выйдете начинаем стрелять. Раз, два…
Из-за кустов одновременно вскочили четверо парней, поднимая над головой различное оружие.
– Ружья на пол.
Парни тут же покидали на землю ружья.
– Все?
– Один раненый.
– Ты забери у него оружие. Остальные по одному сюда.
Данил валил всех на землю, лицом вниз заставляя раздвигать ноги, и класть руки за голову.
– Геха, Шило, тащите раненого. Карина, идём глянешь, что с ним.
– Да, что там с ним может быть, раз орёт долго, значит нормально всё там. Ну может и не нормально.
Карина увидела раненого в бедро пятого парня, и как-то изменилась в лице, видно, что ранение могло быть серьёзное. Вместе с Кариной выпрыгнули из шагохода, Кучер, Серый и Рыжая. Причём распределились по секторам Ну кроме, Карины, и Кучера. Кучер подошёл к Даниле.
– Ловко ты с пленными управляешься. Я чего-то не знаю, и ты в спец войсках раньше служил.
– Нет, фильмов много смотрел.
– Ну, ну. Я это заметил ещё там, когда ты новенького паренька, под дулом пистолета профессионально обыскал.
Не поверил Кучер, но больше вмешиваться не стал. Да и Данил не стал оправдываться, не верит и не нужно.
– И что нам с вами делать? – спросил Данил у пленных.
– Отпустить.
– Что? Что бы ты на обратном пути, народу побольше набрал, и вновь нас встретил?
– Мы больше не будем.
– Ну вот, грохнем вас сейчас, тогда точно не будете.
– Пожалуйста не нужно.
– Для чего хоть стреляли по нам?
– Нам шагоход нужен был.
– Для чего?
– Хотели добраться до ближайшего города.
– Ну мне вас не понять. Вы что думаете перестреляли бы нас, появились в городе на шагоходе, и никто бы вас не спросил, как это всем знакомый в городе шагоход поменял хозяев?
– Мы не хотели вас убивать.
– И для этого стреляли.
– Мы стреляли мимо шагохода, чтобы вас напугать.
– Ну у вас получилось, мы напуганы и…
– А-а-й.
Вскрикнул раненый, перебив все разговоры.
– Не бреши, не так уж больно. – Приговаривала Карина, разрезав штанину и обрабатывая рану. – Тебе повезло, сосуды не задело, вскользь прошло, всего лишь царапина, здесь вообще всё хорошо заживает, так что через неделю будешь скакать во всю.
Ну блин, они ещё желторотые пацаны, что с ними делать? Грохнуть, рука не подымется. Да даже уже отметелить их неохота. Хотя изначально было такое желание, даже не просто желание, а нестерпимое желание, а вот сейчас куда-то пропало.
– Геха, тащи оружие и всё что найдёшь сюда. Шило, давай обыскивай, вот крайнего. Дернетесь пристрелю.
Данил убрал винтовку на плечо, и достал пистолет.
– Не имеете право.
Вдруг заговорил, молчавший до этого парень ближний к Даниле.
– Что? А ты имел право отбирать шагоход?
У Данила закипела злость так, что он носком ботинка саданул парню по рёбрам, что тот перевернулся на бок. И скрючился в позе эмбриона?
– Имел право стрелять в людей?
Данил, ещё раз носком ботинка ударил в живот. И наверное забил бы его до конца. Но ладонь, Рыжей его остановила, вмиг успокоив всю злость.
– Перестань, он ещё малолетка.
– Ты старше этой малолетки года на три.
Данил, уже взял себя в руки, и ответил, так для проформы. Но вот малолетке явно было мало, он с ненавистью поглядывал, в сторону Данила. Видно это был какой-то избалованный сынок. Уж слишком он себя над другими людьми ставил. И Данил не удивился бы, если узнал, что именно этот щенок, подбил остальных на грабёж шагохода.
Парни были довольно богатые. У того кто больше всех возмущался нашлось три золотых монеты нестандартного образца, и довольно большой кошель набитый серебром. Судя по всему, для остальных неудавшихся налётчиков это было неожиданностью. Четыре ружья, местного образца и одна интересная нарезная двустволка, сделанная под винтовочный патрон. Эту двустволку облюбовала себе Карина, тем более что патрон к ней было сорок две штуки.