- Ты у Макса? СЕРЬЁЗНО? И молчала? - кричит в трубку Алёна. Откуда она знает? И если знает она, то может узнать и Лёша?
- Откуда ты...
- Макс с Русом разговаривал.
- О чём?
- О том почему мы его наглой заднице не сообщили, что тебе нужна помощь. И докажи этому барану, что ты строго-настрого запретила, потому что баран не меньше него. Прям не друзья, а зоопарк какой-то, - выпаливает Алёнка.
Я смеюсь. Нервно и истерически. Обожаю их.
- Нет, и чего ты ржешь? Я ему сто пятьдесят десять раз сказала, что это ты балда заморская. Дак нет же, мы крайними остались.
- Прости, Алёночка, - успокаиваюсь я. - Такого больше не повторится.
- Вы типа вместе? Или как вообще?
- Нет, не вместе. Я въехала в него на перекрёстке, а он мне помогает теперь.
- Он тебя любит, ты же знаешь. Не переставал. Может дашь вам шанс?
- Как это будет выглядеть? Ой, у меня тут не получилось с Лёшей, давай я к тебе вернусь. Бросила в прошлом и бросила, кто старое помянет, как говорится. А Ева нам не помешает, ты же явно хотел в 25 лет воспитывать чужого ребёнка. Да и со мной теперь веселее - у меня целый набор психотравм.
Теперь же заливалась Алёна. Мои пострадавшие связки с таким количеством экспрессии - это очень весело.
- Не утрируй, - заключила подруга. - Он, правда, тебя любит. Боготворит, я бы даже сказала. Костьми ляжет, лишь бы ты была счастлива. Что тебе ещё надо?
Я молчу. Не вижу смысла знакомить подругу с моими тараканами.
- Время покажет, - философски заключаю я, когда дверь открывается, и входит Макс с кучей пакетов.
- Когда я увижу свою будущую крестницу?
- Думаю, на днях встретимся.
- Хорошо, целую.
- И я тебя.
Кладу трубку и смотрю на Макса, а он на меня.
- Ты с кем? - указывает на телефон, глядя с подозрением.
- С Алёнкой. Ты зачем к ним ездил?
- Ой, балаболка, - смеётся Максим. - А почему они молчали? Они даже не молчали, они врали, что у тебя всё хорошо.
- Я просила.
- Мало ли что ты просила, - снова смеётся, указывая на пакеты. - Здесь вещи тебе, здесь Еве. Игрушки и развивашки, в течение часа еще кроватка приедет и манеж. Такой классный купил, тебе понравится.
Хорошо, что я сидела, иначе бы упала. Пока моя челюсть встречается с полом, Макс беззаботно улыбается:
- И да, возражения не принимаются. Там всё подойдёт, Алёна помогала.
- Вот крысюха, - шиплю я. - Ты с ума сошёл? Зачем? Ты не должен был...
- Вот что я должен был, малышка, - на полуслове обрывает. - Я разберусь сам. Я захотел и сделал, ты же знаешь, что препираться бесполезно, поэтому пошли, я помогу отнести.
Я закрываю рот. Что ещё сказать этому невозможному мужчине. Он говорил правду, если он этого хочет, то ты можешь танком встать перед ним, он сделает подкоп, научится летать, но обойдёт все препятствия.
Ева в это время качается в кресле-качалке и с интересом рассматривает Макса.
- Привет, конфетка, - улыбается парень дочери и снова обращается ко мне. - Ладно, сам отнесу.
Чувствую себя непроходимой тупицей, потому что рядом с ним только и могу, что молчать или не знать что сказать.
Макс спускается через 5 минут переодетый в трико и футболку, которая неимоверно красиво обтягиват его накачанный пресс.
- У меня так чисто не было никогда, - смеётся. - Спасибо.
- Я еще ужин приготовила, будешь?
- Конечно, буду. Домашнюю еду я уже сто лет не ел.
Я иду накладывать, заметно успокоившись. Слышу, как Макс говорит с кем-то, а когда выхожу в гостиную, то вижу самую милую картину на свете. Макс носит Еву, о чём-то с ней болтая, показывая ей каждый предмет в квартире. А дочь озорно ему улыбается, что-то гулит на своём.
- Скоро приедет кровать, будешь спать, как принцесса, да, конфетка? - Макс замечает меня и улыбается. - Прости, она просто слезу хотела пустить, я решил предотвратить.
- У тебя отлично получается, - смеюсь я. - Не видела, чтобы она так еще кому-то улыбалась.
- Правда, конфета? - широко распахнув глаза, с удивлением спрашивает Максим, а Ева лишь сильнее улыбается, демонстрируя свои 2 зуба.
Лёша никогда не мог успокоить дочь. Когда я, вроде бы, убедила, что Ева от него, он пару раз пытался, но сразу же отдавал, стоило ей скукситься.
- Иди ешь, - подхожу я, чтобы забрать дочь, но она не хочет. Мы смеемся. - Ах ты предательница маленькая.
- А ты со мной будешь есть? - спрашивает Макс, Ева же при этом обхватила его палец.
- Надо сначала Еву уложить, так что не жди, - семейный ужин - это уже слишком.
- Я подожду, - упрямо сообщает Максим.
Я киваю. Повторяю утренний обряд: кормлю, мою, переодеваю. Ева быстро засыпает, и я спускаюсь. Пока я возилась с дочерью, привезли кроватку.