-Ты преувеличиваешь… — снова вставил Хао.
-Ты вообще когда-нибудь молчишь? – чуть усмехнувшись спросил Цинк.
-Когда сплю, — безапелляционно ответил Хао, — когда ем, — он немного подумал, — и еще когда целу…
-Сменим тему! – воскликнул Микихиса.
-Вот именно, — подтвердил Голдва. Все учителя несколько смутились подобной откровенностью Асакуры, ученики же выглядели вполне спокойно, — итак, сегодня утром произошло…
-Кого-то убили? – испуганно спросил Трей.
-Что? – сбился Голдва.
-Обычно таким трагичным голосом говорят про преступление, — отмахнулся Хоро, — вот я и подумал, что…
-Да замолчите же вы наконец! – заорал Микихиса, — скотч… — вдруг тихо произнес он.
-Нет! – воскликнули Хао и Йо одновременно, — только не скотч! Мы помолчим.
-Это не гуманно, — буркнул Рен.
-Итак, — продолжил Голдва, — сегодня утром произошло массовое опоздание на урок физики! — победно закончил он.
-Спорим, что если бы это было опоздание на любой другой урок, вы и не заметили бы? – нагло спросил Хао.
-Мистер Асакура… — с трудом сдерживая гнев, процедил Голдва.
-Можно просто Хао, — отмахнулся парень.
-Сейчас вы сами скажете мне, кто сегодня опоздал, — игнорируя сына, сказал Микихиса.
-Они же никогда не признаются, — развел руками Хром.
-Ошибаетесь, — Йо встал, — это дело чести.
-Вот именно, — Фудо тоже поднялся. Следом за ними встали около парт Рен, Феникс. Мари и Мати, переглянувшись, тоже поднялись. Трей попытался сделать отсутствующее выражении лица.
-Хоро, — тихо произнес Микихиса, — ты не опоздал сегодня?
-Ну… — Трей похлопал глазками.
-Вставай, — Микихиса махнул рукой, — ты каждый день опаздываешь, — Хоро с улыбкой поднялся.
-Все? – сузив глаза спросил Голдва.
-Все, — ответил Рен, оглянувшись.
-Прям все-все? – Голдва еще больше сузил глаза.
-Да не старайся, китайцем станешь, — отмахнулся Хао, — обломись. Меня там не было, я пришел вовремя.
-Не может быть! Я слышал твой голос! – вскипел Голдва.
-Но он пришел вовремя, — несколько презрительно скосившись на директора, сказал Рен.
-Отлично, — продолжил Голдва, — вопрос второй… Мой блокнот!!! – все переглянулись.
-Вы про что? – спокойно осведомился Йо.
-Вы знаете, про что, — директор погрозил пальцем, — давайте, это же дело чести!
-Ну же, есть среди нас люди бесчестные? – подбадривал всех вокруг Хао, — нет, правильно. Так что сознавайтесь, хулиганье! – он искренне рассмеялся.
-Хао, вставай, — устало пробормотал Микихиса.
-Я??? – Хао встал, но сделал такое обиженное лицо, что все усомнились в его вине.
-Ты, ты, — бросил отец.
-Как… как ты мог подумать такое? – театрально продолжал оскорбляться Асакура.
-Может не он? – тихо спросил Хром, Цинк оценивающе посмотрел на ученика.
-Да он это! – объявил Микихиса.
-Ну знаешь ли… — Хао скрестил руки на груди и отвернулся. Лайсерг вздохнул.
-Глория, это он? – спросил Голдва.
-Эээ! – замахал руками Феникс на преподавателей, — это подло, просить подставлять товарищей! Даже если Хао не виновен, просить называть ее имя – бесчеловечно!
-Тебя никто не спрашивает, — грозно ответил Голдва, — я прошу ее сказать лишь да или нет, не называя никаких имен. Ну?
-Я не обязана отвечать, — девушка поднялась на ноги перед директором.
-Нет, ответь, — подал голос Хао, пристально испепеляя ее взглядом. И тут Глория поняла, что все это он и устроил только ради этого момента. Он знал, что подтверждать заставят или ее, или Лайса. Но всегда считалось, что девочки честнее. Теперь ответить и то, и другое означало полный провал. Да – значит навсегда показать себя тем, кто предает своих товарищей. Нет – потерять уважение и веру всего преподавательского состава. Ведь все равно выяснится, что это Хао. Он сам первый и скажет, потому как ему все равно. Он специально подставляет ее.
-Ну? – Цинк и все остальные выжидательно уставились на нее, включая Хао, на лице которого играла усмешка. Он знал, что отец без труда его вычислит. И знал, что остальные засомневаются. И что спросят именно ее – отличницу, умницу, праведницу…
-Это… — Глория вздохнула, а потом вдруг выдала то, от чего рты у всех открылись, включая юного стратега — Асакуру, — это я сделала, профессор…
-Что? – шепотом переспросил Голдва, — ты?
-Я… — ответила Глория. Хао чуть не сжег ее взглядом. Вот стерва! И про него ни слова, и соврать не соврала, ведь стояла рядом!
-Не может быть… — ошарашено произнес Микихиса.
-Не может и не было, — Хао плюхнулся на стул, — я это, я. Спасибо, детка, что заступилась, но не могу же я подставить тебя, — он благородно, и безупречно красиво улыбнулся ей. Мгновение всё будто замерло в немой сцене – все пытались переварить такую сложную игру двух людей. А после … Глория так искренне смутилась и опустила глазки, что все безоговорочно поверили в ее желание спасти друга.
-Ну вот и разобрались, — выдохнув, ответил Голдва и сел за свой стол. — Итак, вы, — он указал рукой на опоздавших, — и Хао, будете, разумеется, в субботу убираться в столовой, библиотеке, на пришкольной территории и помоете полы во всей школе.
-Что?! – Йо вытаращил глаза, — и всё – мы?!
-Ну нет конечно, — отозвался Голдва, — я смотрю, у вас тут один за всех и все за одного. Что ж, похвально. Вот и будете всем классом убираться. И потом, в погроме кабинета общества все участвовали – вот вам и наказание. И врали мне тоже все. Делитесь как хотите – хотите группами убирайтесь, хотите все вместе сначала здесь, потом там… Ах да, и еще кое-что! – вспомнил директор, — благодаря вашим стараниям по устранению моего блокнота… вся школа, кроме начальных классов, теперь будет учиться по субботам, — тут послышались такие возгласы, которые и повторить страшно, — молчать! – рявкнул Голдва, — не обсуждается! Расписание вам скажет профессор Микихиса, пока отсутствует ваш классный руководитель. Удачного дня! – директор быстро удалился, а за ним и все преподаватели.
-Удачный прям слов нет, — Йо опустился на стул.
-М-да… — только и вымолвила Анна.
-Что ж, — позитивненько начал Лайс, — знаний много не бывает! И еще один учебный день пойдет нам только на пользу!
-О да, — отрешенно пробормотал Трей, — офигенно на пользу…
-У тебя с ней что-то есть? – над Хао нависла Скарлет.
-О чем ты? – холодно отозвался тот.
-Не строй из себя дурака, родной. Я про Чиссен.
-Что у меня с ней может быть? – брезгливо ответил Хао.
-Я не знаю. Во что вы играете? – чуть истерично спросила Скарлет.
-В игру «Кто лопухнется первый», — рядом показалась сама Глория, — что ж, Асакура, 1:1, — она улыбнулась.
-Ведешь счет? – он резко поднялся на ноги, что выглядело весьма внушительно, поскольку он был явно выше обеих девушек.
-Стараюсь жить по твоим правилам, — парировала Глория.
-Сначала выучи их, — процедил Хао и, обогнув обеих, покинул кабинет.
-Он всегда был не в себе, — меланхолично заметил Йо.
-Что ж, могло быть и хуже, — Пили весело присела на лавку к Йо и Анне.
-Да? Заставить учиться нас и в воскресенье? – Йо закинул руки за голову и закрыл глаза. Пили искренне рассмеялась.
-Неужели все желания сбылись? – улыбнулась Анна.
-О чем это ты? – переспросила Пилика подругу.
-Ну, — Анна указала взглядом на Йо.
-Что ж, увидимся вечером, — будто почувствовав, Йо встал и чмокнул Анну в щеку, собираясь уходить.
-Стой, — девушка взяла его за руку, не поднимаясь с лавочки, — у вас сегодня есть репетиция?
-Нет, — равнодушно отозвался парень, — у нас легкая атлетика в шесть. Я зайду за тобой в восемь?
-О, конечно, — улыбнулась Анна, после чего Йо наконец ушел, — итак? – она повернулась к подруге.
-Что? – удивилась Пили.
-Ты вся светишься, — рассмеялась Анна, — рассказывай, что стряслось!
-Да ничего, — пожала плечами Пили, — просто настроение отличное.