- Не долго осталось, - произнёс он спокойно и осмотрелся, с довольным видом поглаживая бороду.
- Ты откуда знаешь?
- Затишье как перед грозой, кровью пахнет, - произнёс он доверительно.
- Здесь всегда пахнет кровью.
- Георгий расслабься, в бою мышцы может свести судорога, говорю тебе не долго осталось, уж я то знаю. Это как в первую брачную ночь.
- Как странно, что ты это сказал.
- Что сказал.
- Ну, про ночь. Я тоже думал.
- Георгий, ты это чего?
- Так.
- Смотри, в битве про это не думают, иначе.
Гном выразительно провёл пальцем по шее.
- Женщина, - это сладкий фрукт, отравляющий мозг мужчины, отведав запретный плод, он меняет голову на вечную суету.
- Да я не про то.
- То-то же. Я помню, как одна дама испортила мне настроение, и я даже проиграл пивные соревнования. Она боялась не за себя, а за мужа, думала, я их разведу. До сих пор помню её обвинения, я тогда ответил - женщина! - ты выступила как обвинитель, дай теперь слово защитнику. Ты можешь не переживать за своего благоверного, когда он в моей компании, ибо я не бываю в обществе глупых хихикающих девиц и не менее глупых парней, подражающих им с уморительными ужимками лесных макак. Тогда мы помирились.
Я развеселился. Гном снисходительно улыбнулся и вдруг громко расхохотался, тыча мне в грудь толстым пальцем.
- Хорошо, спасибо тебе. Но всё же, нам хотя бы по паре пулемётов на башнях, мы бы их в капусту покрошили.
- Не знаю о чём ты, но звучит хорошо, - рассмеялся Ральд.
- Или танк.
- Что это?
- Он похож на тебя, только побольше, и броня много толще, он ползает, рвёт на части и сжигает врага, давит и уничтожает всё живое.
- Вот ещё, стал бы я ползать, и, скажи, пожалуйста, ну как лёжа можно вертеть боевую секиру?
- А шумите вы совершенно одинаково.
Гном вдруг перестал улыбаться и задумался.
- Ваш мир, наверно, очень воинственен, раз вы создали такое оружие.
Некоторое время он молчал, пробуя пальцем острие своего топора.
- Но посмотри, не эти ли танки ты имел ввиду.
Я обернулся и замер с открытым ртом. Конечно, мы ожидали увидеть всяких монстров, но такое... Сквозь тучи прорвались лучи заходящего солнца и упали на поле. Орды построенных, замерших без движения демонов беззвучно разошлись, и с грохотом, сотрясшим землю, из-под земли поднялись два гиганта, колосса закованных в толстую броню непробиваемой стали, жизненная сила в них, наверное, закачивалась насосами.
- Игрушки Люцифера, - возбуждённо прокричал мне в ухо Ральд и радостно потёр руки.
- Сумасшедший, - крикнул я в ответ.
Воздух вдруг сразу наполнился мелькающими, как снег в январе, элементалями. Неожиданно, сразу, всё пришло в движение, даже дух захватило. С хриплым рёвом затрубили медные трубы, земля задрожала. У меня волосы зашевелились на голове, и появилось робкое желание забраться в склеп, как бы там не пахло.
Глава 36
Такой тьмы злой силы я ещё не видывал, - и имя им легион, и вся орава бросилась к стенам и вдруг замерла у их шероховатой поверхности, и все они мечтали добраться до наших глоток - вот гады то! - думал я потрясённо.
Воспрявший духом Ральд убежал на стены руководить обороной. Свинец закипел в котлах, и дым повис над крепостью сизым облаком. Оглушительно взревела труба в угловой башне. Как-то сразу шум оборвался с последним отзвуком медного горна, и повисла неправдоподобная тишина, ударившая по оголённым нервам, словно пучком жгучей крапивы. Голова закружилась. В эту минуту ко мне подошёл Велес.
- Не хорошая это была идея спровоцировать нападение, - сказал я осуждающе.
- Старик словно не слышал меня.
- Скоро нападут, ишь выжидают, думают дураков нашли.
Я бросил на него не менее осуждающий взгляд.
- Какие-то они не такие, - продолжил Велес, внимательно вглядываясь в грозные шеренги врага. Я, не удержавшись, выглянул за стены. Ряды демонов замерли в неестественном безмолвии. В полной тишине один из колоссов поднял руку, более походившую на ствол старого дуба, и синие струи голубого огня потекли по его пальцам. На наших глазах образовался яркий светящийся шар и, сорвавшись, полетел к крепости.
Тихо шипя, он набрал скорость и словно притянутый врезался в одну из башен. Раздался оглушительный взрыв, и башни как не бывало. Струи расплавленного свинца потекли по стене, застывая мёртвым узором обугленных трупов. Огненные брызги обдали защитников, и крики боли смешались с взрывом ярости и страха.
- Это же шаровая молния! - вскричал я, - у этих переростков электрические органы.
- Молодец Люцифер!
- Вот за что я ненавижу зло!
- Да. И этим приумножаешь его.
- Только без философии.
- А как же! Без неё никуда, эти люди умирают за чьи-то идеи и принципы.
- Нет! Что это? - воскликнул я в отчаянии, - почему без приказа!
Мы и опомниться не успели, как со стен градом посыпались стрелы, люди по собственной инициативе открыли ураганный огонь. Камнемёты со страшной силой выплёвывали огромные камни, способные обрушить любых колоссов, это было наше тайное оружие.
Преисполненные отчаяния, поражённые, обескураженные стояли мы, наблюдая, как с безумной скоростью расстреливались драгоценные боеприпасы. Наконец люди угомонились, камни закончились. Я со страхом посмотрел вниз и замер в немом ужасе.