- Ну что ты, правильно сделала, что съела, я ягод не люблю. А кто же то был?
- Не знаю дедушка. Он ничего не сказал, только постучал в избушку и передал меня бабушке, а потом погладил меня по голове и ушёл. Только старый он, всё кряхтел и немножко хромал, когда уходил.
- Ох ты, господи, и всё я виноват, как мог оставить тебя? Старый я дурак.
- Это точно, - раздался голос хозяйки.
Вытерев украдкой край глаза, она вновь принялась командовать.
- А теперь марш мыться, вода во дворе за домом.
За избой стояла старая растрескавшаяся бадья, полная студёной воды. Хоть и было холодно, плескаться в воде оказалось жутко приятно, смывая грязь и прилипшую древесную пыль, въевшуюся в тело. Затем ведьма вынесла чистую одежду, и только после этого пригласила зайти в горницу.
Всё это время Ани прыгала вокруг нас, весело смеясь, а мне не терпелось узнать, что же всё-таки произошло. Широкое, дородное лицо хозяйки лучилось гостеприимством, когда она уставляла стол варёным, жареным и печёным, так что глаза разбегались. Ставя на стол некую бутылочку с прозрачной жидкостью, она рассказывала.
- Девчушку, мне давеча леший принёс, старый пень отнял её у вампира, невесть как попавшего в наш лес. Теперь-то я знаю, вот я ему все сучки то пообломаю. Принёс, а сам в лес ушёл и как сгинул, нет его и нет, ну да что это я, вы кушайте гости дорогие. Друзья моего муженька здесь всегда желанные. Я чуть не поперхнулся, как раз пережёвывал горячую картошку с солью. Слёзы выступили у меня на глазах, должно быть я их здорово выпучил, услыхав такое. Вот тебе и старик, ну и тихоня.
Я оглянулся. Гаят тот даже не слушал, обратив всё внимание на Ани. Ладно, думаю, ещё поговорим, и подхватив пирожок, довольно откинулся на спинку стула. Дошла очередь и до прозрачной жидкости, горячей волной чистейшей воды разлившейся по жилам. Стало совсем хорошо. Хозяйка всё говорила и говорила, упомянула она и о Веельзевуле, тут я нашёл, что пришло время поговорить о деле, и перевёл разговор на демона и его любимцев. Ведьма пригрозила мне увесистым кулаком и заговорила о погоде. Велес, всё это время просидевший сжавшись в комок, подал голос, однако, жена, поправив ему воротничок, опустилась на лавку рядом с ним, и он смолк. После нас уложили спать. Мне было интересно, где будет ночевать наш друг, но вскоре он присоединился к нам, принеся груду одеял и перину. Хозяйка пожелала нам всем спокойного отдыха и вышла.
- Так значит муж, - не утерпев, произнёс я с сарказмом, - вот оно что, и это после морали прочитанной бедному Люциферу.
Гаят ничего не понимая, уставился на нас.
- Вовсе он не бедный, - проворчал Велес, - и я вовсе не говорил, бери пример с меня.
- Да уж, соблазнённый прекрасными земными девушками.
- Что тебе не нравится? - рассердился старик, - хочешь сказать, моя жена не достаточна красива? Нет, ты скажи, а я ей передам.
- Ну что ты, как можно, она просто совершенство, - поспешил согласиться я.
- И потом у нас никогда не было детей.
- Да да, конечно.
- Правда!
- Я верю тебе, очень удобная отговорка.
- Ты опять начинаешь?
- Ну что ты, давай спать.
- Хотя конечно ты прав, я не должен был жениться, - завелся старик.
- Давай спать, спокойной ночи.
- Но с другой стороны, мы давно уже вместе, и никакого зла не делали.
- Это не оправдание.
- Да спи ты, разболтался на ночь-то глядя.
- Да уймитесь вы, - закричал Гаят, - отдохнуть не даёте.
Наступила тишина. Я провалился в сон. Сквозь дремоту я почувствовал, будто кто-то тормошит меня. Приоткрыв глаз, я увидел взволнованное лицо Велеса. Приложив палец к губам, он тихо поднялся, и направился к Гаяту. Вскоре все мы были на ногах, и, давясь со смеху, пробирались за взволнованным стариком к дверям.
Но не тут-то было, дверь распахнулась, и перед нами явилась разгневанная хозяйка собственной персоной.
- Что старый хрыч, опять куда-то собрался, - возопила она громким голосом.
Велес, чуть не плача, упал на колени.
- Солнышко, это важно, - умоляющим голосом начал он, - нас убьют, и тебя тоже, ты же знаешь, как я беспокоюсь о тебе, если что-нибудь случится с тобой, я не переживу.
Он так на неё смотрел, что на будущее я решил у него поучиться такому высокому искусству. Ведьма оттаяла.
- Рассказывай, что натворил, - приказала она.
Подняв мужа с такой лёгкостью, будто он ватный, она усадила его на стул. Старик вытащил из сумки ключ - ундина и положил рядом.
- Видишь? Теперь отступать поздно.
Ведьма неотрывно смотрела на камень, и, постепенно, красная краска залила её полное лицо.
- Всё-таки ты сделал это, - тихо произнесла она голосом полным ужасного предзменования, подобного отдалённым раскатам грома, - сделал, хоть я тебе, старый пень, и говорила, не суйся в войну, старый ты перечник. Чего тебе не хватало?
Внезапно, разозлившись, она ухватила его за бороду и резко дёрнула её на себя. Велес взвыл. Схватившись за своё многострадальное украшение, он прыгал по полу, разбрасывая по углам горячие искры.
- Говорила я тебе, не лезь туда, - кричала колдунья.
- Теперь уже поздно отступать, - выступил вперёд Гаят, - ты бы мать лучше помогла нам. Скажи, как попасть к Веельзевулу.
Я из осторожности отступил назад, косясь на добротный ухват, но хозяйка вдруг успокоилась.