Как я говорил, по пути в долину мы прошли узкое ущелье между двух скал. Через это ущелье в долину прилетали драконы, в поисках добычи. Мы увешали все склоны скал обрывками драконьих шкур и чешуи. По моим расчётам, на закате солнце должно было бросать лучи прямо на наше сооружение. Довольно потирая руки, мы поспешили уйти. Велес тот вовсе усмехался в усы, покидая долину.
Яркий дневной свет померк, окрашивая лес в розовые тона и только плеск падающей с каменного уступа воды, нарушал тишину. Из-за моря показалась лента парящих в вышине драконов. Мы скорее укрылись в пещерке, образовавшейся в крепком граните ещё в те времена, когда земля кипела, дыша огнём и серой.
Мимо нас, один за другим, со свистом рассекая воздух огромными крыльями, проносились сказочные чудовища. Это было зрелище, видеть которое не дано никому из смертных. Я замер, затаив дыхание. Они блистали всеми цветами радуги, словно россыпи драгоценных камней.
Вблизи драконы ослепляли игрой света, пленённого в стремительных изгибах огромных крыльев, под аккомпанемент поющего ветра. Вырвавшись из ущелья, они рванулись в вышину, и, образовав яркое кольцо, закружились над долиной.
Благородные олени, словно не замечали угрозы, притаившейся в вышине. Сверкающее облако медленно опустилось ниже, и, словно золотой ливень пролился на землю. Драконы, огненными каплями, падали вниз, вонзая кривые когти в дрожащие тела перепуганных животных, которые, не в силах порвать оковы магии, замерли в смертном оцепенении. На глазах беспомощных оленей выступили слёзы, и тихо капали в траву.
Кровь фонтаном брызнула из разорванных артерий, заливая землю. Крики плачущей боли потонули в торжествующем рёве хищников. Я видел как оленята, под ураганным ветром огромных крыльев, разлетались в стороны, подобно осеннему листопаду, и, без движения, падали на землю.
Вся долина превратилась в кровавую бойню, дымящиеся куски мяса падали с неба, распространяя вокруг сладкий аромат смерти. А солнце садилось всё ниже и ниже, перемешивая красные лучи в кровавых лужах и забрызганных кровью, бронзовых телах торжествующих чудовищ.
Я начал переживать. Время шло, а убийству не было ни конца, ни края. Наевшиеся драконы взлетали ввысь и стрелой падали на землю, хватая оленей и разрывая их на куски. Наконец, насладившись убийством, один за другим они взмыли в небо, вытянулись лентой и, тяжело махая крыльями, потянулись к ущелью. Солнце как раз оказалось за их спиной.
Вожак летел впереди. Лучи солнца, сверкая переливами на его броне, солнечными зайчиками забегали на склонах горы, отразившись от натянутых там шкур. Заревев от неожиданности, ослеплённый дракон замер на месте, поднимая с земли вихри пыли, и тут же десятки других чудовищ налетели на него. Оглушительно затрещала броня. Солнечные искры слились в ослепительный небесный пожар.
Драконы, ничего не видя, носились кругами, налетая друг на друга, сталкивались, и, обезумев, рвали всё на своём пути. Я, оглушённый яростным рёвом, стоял, открыв рот. Велес щипал бороду, приседая от ужаса.
Наконец, вожак ринулся к выходу из ущелья, но, ослеплённый, налетел на острые камни. Вой разорвал небо и огромное тело, тяжело переваливаясь, рухнуло вниз. Другой дракон упал на торчащие пики сосен, и, пронзённый, повис на ветвях, раскинув в агонии огромные крылья. Древесные стволы прошили его тело насквозь, выйдя из спины.
Ослеплённые, в ураганных порывах ветра, стояли мы, наблюдая чудовищную гекатомбу. Только немногие драконы смогли найти выход из ущелья. Разорванные туши невезучих, истекая кровью, устилали склоны скал. Искорёженные тела подрагивали последней судорогой в лучах заходящего солнца. У подножия гор негде было ступить.
Ошеломлённые шли мы к колдунье, не зная, что и сказать ей. Вот так попугали драконов. Велес как рот открыл, так и не закрывал, выдёргивая из бороды целые клочья волос. Вот Карелл, тот шагал, как ни в чём не бывало, будто так и надо, уничтожать в день по одному редкому виду исчезающих животных.
Пожалуй, было немного жалко. Как вспомню, да!!! Договорились, ведьме пока ничего не говорить - плохо мы её знали. Ещё издали увидели мы её - руки в бока, косынка набекрень и в руках тот самый ухват.
- Что вы наделали, чёртовы дети, - издали, закричала она.
- Нет, вы видели? Да таких дураков свет не видывал. Вы же меня по миру пустили. А Веельзевул? Он же... Ах вы, ироды, - взвизгнула она и сделала шаг вперёд.
Мы все, как один попятились.
- А ну стойте.
Велес не выдержал. Что-то пробормотав, он зажмурился, не вынеся зрелища наступающей жёнушки, и, повернувшись хотел бежать.
Как же! Не успел. Проворная рука ухватила его за воротник. Ухват колыхался в непосредственной близости от его головы.
- Мать, мы не хотели, так получилось, но условие мы выполнили, больше твои стада никто не побеспокоит, - попытался вступиться Гаят.
- Выполнили? - взбеленилась колдунья.
- Ты бугай вообще не встревай в разговор, а то превращу в козла, будешь до самой смерти блеять. Выполнили, ишь ты.
Ведьма разозлилась не на шутку. Уже забыв про Велеса, она держала его на весу, размахивая им как маятником.
- Что наделали паразиты. Теперь всё, Веельзевул всех нас порешит. Его драконы! Любимцы! Всех поубивали, это только ты мог, старый дурак и вы, молодые оболтусы.
Бросив старика, она ухватилась за голову и принялась качать ею.
- Боже мой! Всё, конец. Пустили по миру, хоть вешайся. Она замолчала, горестно закатив глаза.
- Как попасть к Веельзевулу, - раздался в наступившей тишине голос Карелла. Колдунья вздрогнула.
- А зачем тревожиться? Теперь он сам придёт. Драконы никогда не улетают из логова больше чем на два три дня, после ждите в гости их хозяина. Можете не сомневаться, он придёт, и придёт злой, - колдунья вздохнула.