Ехать на лошади оказалось на удивление приятно. Первое время я настороженно косился на неё, а она на меня. Позже мы свыклись друг с другом. Велес сказал, что, избавившись от слов, я научился понимать чувства лошади, а, следовательно, её эмоции, тоесть нашёл с ней общий язык. Птичий хор оживлял тишину леса. Иногда, от избытка чувств, я пел, и от голоса моего, всё живое пряталось в густо заросших сочной зелёной травой, полянах. В лесу жили эльфы. Я в это не верил, пока не мелькнула серебряной каплей стрела, и чей-то голос, мелодичный как звон колокольчика, не попросил меня заткнуться.
Однажды, мы ехали вдоль русла высохшего ручья. Внезапно я заметил, что мы едем в полной тишине, даже нескончаемое движение мошкары прекратилось. Всё замерло в тревожном ожидании. Порыв ветра донёс грозный рокот отдалённого грома. Пришпорив коней, Велес и я поскакали на звук. Скоро приглушённый рокот перерос в непрерывные раскаты грома, изредка сопровождаемые негромким стоном или глухим проклятием.
Берег ручья сделал резкий поворот, и мы оказались в центре грандиозной свалки. Я никогда не любил драк. От них что-то противно сжималось внутри, и руки становились тяжёлыми и непослушными. А тут, отряд человек в двенадцать, всем скопом нападал на одного человека.
Правда, человек этот защищался с небывалой ловкостью. Его меч мерцал как огонёк свечи на ветру, всякий раз, находя брешь в обороне противника, и то один то другой из нападавших, валился наземь, истекая кровью. Моя лошадь рванулась вперёд, и я, сам не зная как, оказался в самом центре свалки. Здоровый бугай, одетый в обшитую бронзой бычачью кожу, замахнулся на меня топором, и я, проклиная лошадь, выхватил свой меч. Я и понять то ничего не успел, руки солдата всё ещё сжимали топор, и из обрезанных вен на песок сочилась красная кровь. Недоумение в глазах воина сменилось смертельным ужасом, когда он увидел чёрную сталь моего клинка. С коротким воплем, он бросился грудью на меч противника, и, обезглавленный, повалился на землю.
Оставшиеся головорезы, узрев смерть своего предводителя, бросились наутёк. Велес и я остались одни с удивительным воином. Меня так и подмывало расспросить его, но Велес молчал и я последовал его примеру. Отерев меч и осмотрев лезвие, незнакомец вложил его в ножны. Только тогда он поднял глаза, и, спокойным голосом, выразил благодарность за помощь.
- Вы так мастерски владеете мечом, что легко бы справились и без нашей скромной помощи. Я спрыгнул с коня и протянул ему руку, которую он пожал так крепко, что пальцы занемели.
- Солдаты надолго вас запомнят.
- Какие это солдаты, - незнакомец презрительно сплюнул, - обычные наёмники. На службе у Люцифера им быстро обрубили бы руки, как это получилось и у вас, - и он с лёгким поклоном отступил в сторону, - только напрасно вы носите свой меч так открыто. Мы уселись на траву в тени дуба.
- Моё имя Георгий. Незнакомец внимательно посмотрел на меня.
- Вы, наверное, недавно в нашем мире, иначе знали бы, что именами здесь не разбрасываются. Как бы то ни было, я ценю вашу откровенность. Моё имя Гостомысл, но вы можете звать меня Гаятом, под этим именем меня знают.
Я внимательно всмотрелся в лицо нового знакомца. Передо мной сидел высокий мужчина. Волевое лицо с резкими и прямыми чертами, выделяли глаза, горящие прямодушием и спокойствием. Через висок тянулся тонкий рубец, теряясь в тёмных волосах, густыми прядями спадающих на высокий лоб. Чувствовалась огромная внутренняя сила, готовая в любой момент выйти из душевных глубин, и снести всё на своём пути. Одет он был в кожаные штаны и белую широкую блузу. Коричневый плащ с капюшоном, свободными складками падал с плеч, скрывая расшитый серебром широкий пояс с висящими на нём ножнами, отделанными чёрным жемчугом и другими драгоценными каменьями. Гаят заметил мой недоумённый взгляд.
- Да, меч кормит меня, хороший воин стоит многих наёмников.
- Даже если хозяин Люцифер? - тихо прозвучал голос Велеса. Глаза Гаята сверкнули внезапным гневом.
- Этот меч я заработал у него, - произнёс он, справившись с собою, - и этот шрам тоже. Но вы много спрашиваете. Что вы делаете на приграничных землях? Ты-то старик местный, и твоё волшебство мне не страшно, но откуда пришёл Георгий да ещё с таким мечом. Это что исполнение пророчества?
Велес усмехнулся, но я, не смотря на его предостерегающий взгляд, решил всё рассказать. Гаят слушал молча. Протянув руку, он дотронулся до моего меча.
- Чёрная сталь. Клинок воплощённое сплетение тёмной ненависти. Будь осторожен Георгий. Маленький порез приводит к неминуемой смерти в страшных муках. Соединение всей соли душевных страданий и физической боли.
Я подумал, что нужно обязательно сделать ножны. Из-за кустов на тропинку медленно выплыло туманное облако, и, приняв продолговатую форму, поплыло вдоль неё. Скоро фантом скрылся за поворотом. Велес сумрачно наблюдал за ним.
- Проклятый шпион. Кому он служит интересно?
- Или Люциферу, или чёрным стражам. Таких здесь много.
- А кто это? - спросил я. - Призрак, привидение, дух, называй его как хочешь. Их эгрегор скрыт где-то на юге.
- Они такие как ты, Велес? Старик нахмурился.
- Они не принадлежат к первым. Они даже не людишки. Гаят бросил на него быстрый взгляд.
- Их питает вера, люди на твоей земле боятся и верят, один человечек ничего создать не может, но мысль многих создаёт в нашем мире эгрегор и он рождает эти создания. Сами они слабы, и служат разным могущественным хозяевам.
- Это правда, в замке Люцифера скрыт эгрегор вампиров и оборотней, поэтому в его владения лучше не ходить ночью. Суровые черты Гаята ещё больше обострились.
- На твоей земле сейчас полнолуние, эгрегор силён, как никогда. Он резко встал.
- Я провожу вас до замка Люцифера, но дальше не пойду. Трель соловья прилетела из чащи, словно на крыльях ветра, вдруг подувшего из ниоткуда.