И солнце щедро рассыпало свои лучи, одаривая оставшихся в живых своим теплом. Жизнь продолжалась. Тихо замирали стоны умирающих. Я же думал, что надо убраться отсюда до темноты, пока трупы не начали вонять, разлагаясь на солнце, и не привлекли ночных хищников.
Ветви сомкнулись за спиной. Кровавая поляна осталась позади, укрытая густой пеленой зелени. Мы старались уйти как можно дальше, и стоны затихали, впиваясь в уши, как ядовитые змеи. Гаят остался выполнить последний долг перед умирающими. Похоронить мёртвых мы не могли, но помочь смертельно раненым было в его силах, никто другой, более слабый духом, не смог бы.
Стараясь не слушать, я пробирался сквозь дебри, и Велес, воплощение спокойствия, следовал за мной и глаза его блуждали, скрывая душевную боль и сострадание. Рука ныла от перенапряжения, и мускул непроизвольно сокращался под тонкой кожей. Усталость легла на голову, подобно свинцовому листу, разливая по телу расплавленные капли слабости и излучая страх, вдруг нахлынувший, подобно размывшей дамбу волне. Мысли лихорадочно скакали, переживая заново минуты боя. Постепенно сумасшествие закрадывалось в мозг, как старая крыса ищущая свою нору, и прежде чем Велес окликнул меня, я успел зайти далеко по зыбкой тропе уходящей далеко в иные миры и тени скользили по моему лицу, и дико хохоча, убегали в сумрачную даль.
- Как ты? - донеслись до меня слова, как будто издалека.
- Что ты чувствуешь?
- Ничего, - прошептали мои губы в ответ, - пустота.
- Источник, я знаю здесь источник с чистой водой, ты должен терпеть, слышишь, не сдавайся, такие осколки уже нельзя будет склеить заново.
И перед глазами появилось чёрное пятно, и вдруг выросло, закрыв небо, обрушилось вниз и мир погрузился во мрак. Я блуждал в чёрном тумане, и души умерших рассаживались на ветвях погибших деревьев, перешёптываясь в торжественной тишине.
Ужас выполз из своей норы в виде змеи с раздвоенным языком, и ложь каплями яда капала с его острого кончика, пропитывая отравой мёртвую землю, и что-то копошилось в ней, рождая новое зло. И откуда-то издалека доносился смех, хохот многих и многих под звон хрустальных бокалов, и отчаяние порождало безразличие, и я брёл, не зная куда и зачем, не ведая ни начала, ни конца, забыв о смысле, и грех следовал по пятам, мягко ступая кошачьими лапами след в след. Кто-то кричал в темноте, но я не мог слушать, глаза роняли слёзы, оплакивая судьбу.
Но крик не умолкал, и знакомые ноты слышались в нём.
- Вода, лей воду, - раздавалось всё громче, и мрак распался.
Как в бреду видел я копошащихся в чёрной земле червей, и алчущий вой, полный немой тоски, в последний раз прозвучал в темноте, утопая в наступающей бездне. Вдруг небо прорезал тонкий луч света, и по нему ступали три светоносных ангела, и были им имена - Вера, Надежда и Любовь.
- Его веки дрогнули.
- Лей ещё, это не простая вода.
- Да? А что с ней.
- В этом царстве, это единственное место, где вода не отравлена целенаправленным злом демонов, дождевое озеро, после перехода ундины не помнят зла. Лей, лей ещё.
И вода полилась за шиворот, промокая мешковину, и липкие назойливые волоски неприятно защекотали кожу. Пришлось очнуться. Ну что ещё оставалось делать?
- Слава тебе господи, - вскричал старик и громко с облегчением вздохнул.
- Всё нормально, - неловко пробормотал я, пытаясь приподняться. Видя, что не получается, я спросил, - А что это ты говорил о памяти ундин?
Велес довольно заулыбался.
- Это особая память, ундины запоминают наши эмоции, впитывая их из общего эмоционального потока. Демоны это знают и своею силой отравляют воду, делая её мёртвой, опасной для жизни, но только не эту. Вода очищается после перехода из одного состояния в другое.
Я усмехнулся.
- Это что-то новенькое.
- Совсем нет, - Велес даже обиделся, - то, что вода восприимчива к человеческим эмоциям, это испокон веков известно. Эта вода и спасла тебя, очистив твой дух.
- Спасибо ундинам.
- Вот именно! - загорелся Велес, - это величайшая ценность - вода.
- Да я слышал, в моём мире один японец, провёл тесты на воде, и пришёл к удивительным результатам, вода реагировала на эмоциональную составляющую предметов, разрушаясь оттого, что мы ненавидим и, возрождаясь притом, что несло любовь. А до этого русские учёные сумели выделить чистую воду, и оказалось, что по такой воде можно кататься на коньках как по льду, наверное, так Иисус Христос по воде ходил, очищая её безграничной верой и любовью.
Велес с трудом закрыл рот и важно кивнул головой.
- А до этого древние египтяне использовали густую воду, насыщая её праной и питая материальными растворами.
- Да, кажется, я слышал нечто подобное, а теперь помолчи, наверное, пожалуйста.
И я замолчал. Я увидел, что Гаят ушёл, и, не обращая на нас внимания, тихо сидел под деревом, уставившись отсутствующим взглядом в пустоту. Наконец, мне удалось с трудом подняться с земли, и я подошёл к нему. Воин будто не замечал меня.
- Что с тобой? - спросил я.
- Со мной ничего.
- Правда?
- Со мной ничего быть не может.
- Ты тоже человек, нам всем бывает тяжело.
Гаят резко встал. Его взгляд испугал меня. Медленно, очень медленно он подошёл ко мне. Должен сказать, что я перетрусил, и чуть не отскочил, когда он скалой навис надо мной, хотя мы были с ним одного роста.